Проект Деметра

Твоего брата завтра изгоем сделают, а ты спрашиваешь о женщине.

– Эрлан в изоляции – все, что могу сказать.

– А сам сложить не можешь?

Вейнер побледнел, сообразив. Ясно что Маэру стало известно, что тот приманкой девушку использовал. А ей-то каково сейчас? И его рядом нет!

Ну, и сука, ты, правда, Шах, – скрипнул на себя зубами и глянул на стража, что стоял в паре метров от него и настороженно косился, думая, что хозяин повредился после "ласки" по шее. А не то, чего б с деревьями разговаривал, вопросы им задавал.

Вейнер внимания не стал обращать, как и растолковывать, что с ним. Перевязь крепче затянул и бросил:

– Кросс до Морента. Отстанешь – ждать не стану, извини.

И рванул, распределяя силы. Утром он должен быть в городе!

Эя не могла заснуть, и остаться наедине со своими мыслями тоже не могла. Самер заставил ее лечь на свою постель, а сам всю ночь проспал, положив голову на стол. Радиш покачивался на табурете, периодически приоткрывая глаз. И приложил палец к губам, когда в комнату ввалились трое стражей разом – Кейлиф, Майльфольм и Лири. И с трудом сдержал смех, узрев как эти трое неслабых комплекцией, замерли, изображая комичную композицию.

Первым пришел в себя Май – склонился над девушкой, убедился, что с ней все в порядке и укрыл. Кейлиф просто сел у постели и облегченно вздохнул. Лири в углу притулился. Так ночь и провели.

– У тебя ничего не получится, – меланхолично заметил Таш, глядя на разгуливающего по залу Маэра.

– Влюбился, да? – огрызнулся тот.

– Мне давно пора жениться, – пожал плечами мужчина, откусывая от спелой груши. – Но, увы, Эйорика не для меня. Иначе завтра же сговор устроил.

– Право Лой! – громыхнул тростью старик. Таш вздохнул:

– Увы. Оно смыто, а любовь осталась. Эти двое свиты не нами и не здесь. Нельзя им жизнь ломать. Против пойти – против предков встать. Хочешь – рискни.

– Право пустило корни – за раз не смыть.

– Предлагаешь отпустить?! – рявкнул, выходя из себя. – Ты знаешь, сколько он совершил преступлений?!

Таш пожал плечами и, судя по физиономии, не мог ни одного вспомнить. Маэр насупил брови и уставился на Нерса. Тот отвернулся, сложил руки на груди и стоял каменной статуей. Зато Ристан закивал – прав, Хранитель, прав. Эхинох развел руками – меня не вмешивай, я пока не определился.

И так – двое на два.

Старик надул губы и сел в кресло, задумался.

– Коль предки ведут, знать им и решать, – протянул минут через десять, и приказал. – Объявляйте сбор.

Резкие звуки, похожие на фанфары, подкинули и Эрику и Радиша, снеся сон в миг. Самер перестал вытираться после умывания и выглянул в окно – ничего. С этой стороны только горы и видно. Ах, да, еще скалистая площадка внизу. Но на ней никто не собирается, даже птицы.

– Общий сбор.