Проект «Аве Мария»

С одной стороны на него направлен свет, а с другой установлен световой сенсор. Устройство непосредственно контактирует с воздухом лаборатории. Если на стеклышко с астрофагами попадут таумебы, оно станет прозрачным, и световой сенсор запищит. Сигнализация пока молчит, а стеклышко остается угольно-черным.

Наконец, когда паника улеглась и проблема взята под контроль, я задаю себе вопрос на миллион долларов: каким образом таумебы вырвались на свободу? Уперев руки в боки, я придирчиво осматриваю карантинную зону.

– И кто из вас это сделал? – спрашиваю я.

Получается ерунда. Биореакторы проработали несколько месяцев без малейшего намека на утечку. Их миниатюрные копии заключены в цельнолитые капсулы. Может, несколько ушлых таумеб прятались на корабле еще с момента аварии у Эдриана? И каким-то образом до сих пор не нашли астрофагов?

Нет. Наши с Рокки опыты ясно показали, что таумебы выдерживают без еды не больше недели, а потом погибают от голода. Да и умеренностью они не отличаются: либо плодятся с огромной скоростью, пожирая всех астрофагов вокруг, либо их нет вообще.

Видимо, одна из камер негерметична. Сбросить за борт все десять я не могу. Таумебы должны спасти Землю. И что же делать? Надо выяснить, какая именно камера неисправна. Проверяю каждую из них тщательнейшим образом. Поскольку камеры в контейнерах, до кнопок управления я дотянуться не могу, но это и не нужно. Камеры полностью автоматизированы. Принцип их действия довольно прост – Рокки в свойственной ему манере нашел элегантное решение сложной задачи. Датчики биореактора отслеживают температуру воздуха внутри камеры. Если показатели падают ниже 96,415 градуса Цельсия, значит, астрофагов там больше нет, так как их съели таумебы. Тогда система закачивает внутрь порцию новых астрофагов. Проще некуда. Кроме того, система регистрирует, как часто приходилось подкармливать таумеб. Это позволяет примерно прикинуть объемы популяции таумеб в биореакторе. Система оптимизирует режим поступления астрофагов, чтобы контролировать колонию таумеб, и, конечно, выводит все данные о нынешнем состоянии биореактора.

Проверяю экраны с данными биореакторов. Каждый показывает температуру в 96,415 градуса Цельсия и оценку численности колонии порядка 10 миллионов таумеб. Именно то, что я и ожидал увидеть.

Хмм… Давление азота снаружи камер сильно превышает внутреннее. Если бы какая-то из них оказалась негерметична, азот попал бы внутрь, и вскоре все таумебы погибли бы. Но они живы. И прошло уже три дня.

Биореакторы исправны. Значит, дело в мини-капсулах. Но как, черт возьми, микроб мог просочиться сквозь эридианскую сталь в полсантиметра толщиной?! Рокки – мастер своего дела и знает об эридианской стали все.