Проект «Аве Мария»

И предусмотри устройство, которое позволит извлекать партии таумеб, не прерывая ход эксперимента. А еще понадобится очень точная система подачи газа, чтобы я мог четко контролировать объем азота, закачанного в камеру.

Рокки опрометью мчится в спальный отсек.

Я проверяю результат спектрограммы и расстроенно качаю головой.

– Плохо. Полный провал.

Я задумчиво подпираю кулаком подбородок.

– Может, я попробую отфильтровать токсины?

– У них все прекрасно! – Я бросаю взгляд на камеры с таумебами, стоящие вдоль стены лаборатории. – Нам остается только ждать. Мы получили неплохие результаты. Я уже увеличил азот до 0,01 процента, и таумебы выжили. Следующее поколение должно выдержать 0,15 процента.

– Хочу понять, могу ли я питаться твоей едой.

– Настоящей еды у меня осталось лишь на несколько месяцев. А на борту твоего корабля запас, рассчитанный на двадцать три эридианца на несколько лет. Земные и эридианские организмы используют те же белки. Возможно, я смогу питаться твоей едой.

Я снова проверяю результат анализа. Почему в эридианской еде столько тяжелых металлов?

– Настоящая еда – та, у которой приятный вкус. Которую ешь с удовольствием.

– Да. Жидкое питание во время комы. Робот кормил меня им во время полета сюда. Этого добра у меня на четыре года.

– Эй! – возмущаюсь я. – Для людей они очень важны!

Я указываю на дисплей спектрометра.

– Таллий убивает людей!

Я раздраженно фыркаю и поворачиваюсь к камерам с таумебами. Рокки превзошел себя. Я могу регулировать количество азота с точностью до одной миллионной. Пока что все идет хорошо. Да, нынешнее поколение способно выдерживать лишь капельку азота, но это на капельку больше по сравнению с их предшественниками.

План работает! У наших таумеб развивается невосприимчивость к азоту. Справятся ли они когда-нибудь с 3,5 процента азота на Венере? Или с целыми 8 процентами на Терции? Кто знает? Поживем – увидим.

Я ласково похлопываю крышку третьей камеры. Моя любимица. Из двадцати трех поколений таумеб в ней девять раз появлялась самая живучая культура клеток. Завидный результат, учитывая, что номеру три приходится соревноваться с остальными девятью. Да, я мыслю о ней в женском роде. Не судите строго.

– Сколько еще осталось до «Объекта А»?

– Хорошо. Давай остановим вращение. Просто на случай, если нарвемся на неприятность, и нам понадобится дополнительное время на ремонт.

Я окидываю взглядом лабораторию. Каждый предмет надежно закреплен.

В Солнечной системе нет ничего стационарного. Вы всегда двигаетесь вокруг чего-нибудь. В данном случае Рокки снизил нашу крейсерскую скорость, чтобы вывести корабль на устойчивую орбиту вокруг Тау Кита на расстоянии примерно в одну астрономическую единицу. Где-то здесь мы оставили «Объект А».