Шоу продолжается

Очнулась, снова накатила тошнота. Головокружение, настолько сильное, что поначалу трудно понять, где я вообще и что происходит. Но потом, кажется, разобралась. От меня отсоединили проводки, помогли подняться. А провожатая довела до портала, который вывел к дверям моей комнаты. Чуть покачиваясь, ввалилась к себе. Эйва не отреагировала никак – после вчерашнего обжорства отсыпалась. Она даже утром проснулась совсем ненадолго и забилась еще глубже в шкаф. Кстати, почему феи спят в шкафах? Это же ненормально!

Впрочем, думать о повадках фей сейчас было сложно. Вообще думать сложно, когда единственное, на чем еще удается сосредоточиться, – это на удержании завтрака внутри себя. Очень сложная задача, очень. Нужно освежиться. Вода должна помочь.

Помогла! В некотором роде. По крайней мере, после ванны мне стало лучше физически. Но все равно возникли безрадостные мысли, доживу ли я с этим зельем до конца отбора или однажды просто не выдержу и скончаюсь прямо на испытании.

Мысли вообще не давали покоя. Зачем потребовалось такое испытание? Что проверяли на этот раз? Внутреннее достоинство? Умение абстрагироваться от внешних неприятностей или выйти из любой ситуации, даже если все против тебя?

После навеянных сном картин осталось отвратительное послевкусие. Бывает, ночью приснится какая-нибудь гадость. Наутро не можешь вспомнить, что именно снилось, но весь день присутствует легкая тень этого, неприятное чувство, неясно чем вызванное. Примерно так же и здесь. Только сон я помнила. Помнила все эти эмоции, которые там испытала. Ощущение позора. Унижение. Вот за что они с нами это делают?!

Кажется, меня начала охватывать депрессия. Противное послевкусие, неясное будущее. Слишком много всего навалилось. А ведь даже отдохнуть нормально не дают! Одно за другим, одно за другим…

Мне не хватает Шайрана. Как же не хватает Шайрана! Наверное, он занят чем-то важным. Я это понимаю, но не могу не думать о нем, не вспоминать, как мы расстались. Я должна извиниться. Не знаю, почему он не назвал причину, однако стоило послушать его. Мы могли бы во всем разобраться, но вместо этого поссорились.

А если рассказать ему о Ксандре? Что будет тогда? Ну, при условии, что я после этого выживу. Тьфу! Если поразмыслить без самоиронии, то к чему может привести рассказ о Ксандре? Вероятно, к окончательному краху всех его планов. Зная о Ксандре, Шайран сделает все, чтобы не подпустить его ко мне. Значит, мы уже не сможем договориться. Значит, я уже не потребую независимости для Земли, и не важно, на каком месте в рейтинге при этом буду находиться. И тогда останется надеяться только на то, что Шайран справится. Справится со всем, что мне обещал.

Довериться и рассказать – значит обрубить все пути для этой возможности.