Продавец цветов

«Ауди» поравнялась с нами, переднее боковое стекло опустилось больше, чем наполовину, и оттуда показалось лицо… азиата. Того самого, с которым я вошла в «боевое соприкосновение» вчера в подъезде соболевского дома.

Азиат резко развернулся в салон и что-то крикнул туда. В ответ корпус «Ауди» сильно дернулся и чуть было не нырнул под колеса «КамАЗа». «КамАЗ» грозно заревел, словно разбуженный зимой медведь, и «Ауди» нервно шарахнулась обратно, тараня переднее крыло моего «Фольксвагена». Я тут же освободила педаль акселератора и вдавила тормоз почти до самого пола. Покрышки истерично взвизгнули, «Ауди» опасно накренилась, завибрировала и, чуть не задев нас, полетела в сторону кювета. Воздух моментально наполнился пронзительным скрежетом и острым смрадом жженой резины.

Но водитель «Ауди» справился с управлением, и машина снова вывернула на дорогу. Вереница «КамАЗов» к этому моменту проехала, и мы с «Ауди» остались одни на дорожном пространстве. Метров через тридцать она резко тормознула, разворачиваясь поперек полосы и преграждая мне путь. Я до отказа вывернула руль, царапнув бампером багажник «Ауди», обогнула ее и стремительно ушла вперед.

В зеркало заднего вида я увидела, как «Ауди» снова начала набирать скорость, продолжая погоню. Одиночный выстрел, словно кнут, разорвал воздух. Где-то сбоку от меня маленький кусочек металла чиркнул о дорожное покрытие и ушел в пространство. Соболев зажмурил глаза, как от невыносимой боли, но тут же открыл их.

— На пол! — отрывисто крикнула я.

Соболев не заставил долго себя упрашивать и, как опытный ныряльщик, резво прыгнул на коврик перед сиденьем. Первый выстрел не причинил ни машине, ни нам никакого вреда. Но за ним мог последовать другой — возможно, более удачный. Я сбросила скорость, давая понять, что не собираюсь отрываться от преследователей.

«Ауди» стремительно приблизилась и начала объезжать нас слева. Я быстро опустила боковое стекло и, когда «Ауди» поравнялась с моим «Фольксвагеном», забросила в окно азиата шумовую гранату. Через секунду в их салоне оглушительно рвануло, словно на крышу «Ауди» с большой высоты внезапно обрушился несгораемый шкаф.

Для неподготовленного зрителя эффект был просто потрясающим. Оба человека в машине — и водитель, и азиат — подпрыгнули на своих местах. На мгновение мне удалось увидеть глаза азиата, и теперь вместо узких щелочек на меня смотрели две пятирублевые монеты.

Я сбросила газ, не давая «Ауди» далеко отстать от себя, выхватила из сумки газовый пистолет и дважды выстрелила в окно. Раздались негромкие приглушенные хлопки, будто кто-то с чувством высморкался, и плотное облако «Черемухи» расцвело в салоне рыжей «Ауди».