Продавец крови (СИ)

Я приставила ствол к его нижней челюсти, остановив на полпути.

— Даже не думай! — зашипела я. — Клянусь тебе, если попробуешь, я выстрелю. Я не поэтому спросила, понял?

Эмиль застыл, рассматривая меня сверху. Я ощутила собственное тело и перенапряженные мышцы, которые вот-вот начнет трясти.

— Яна… — если бы он сказал, что любит меня, я бы не поверила, но Эмиль долго молчал и неожиданно закончил. — Стреляй.

Глава 29

Он наклонился к моим губам, преодолевая сопротивление, хотя ствол глубоко вдавился под челюсть.

— Не смей! — зарычала я, затылком упираясь в стену.

Второй рукой я взяла его за горло, пытаясь отпихнуть. Только оттолкнуть вампира в эффекте крови невозможно. Эмиль даже не заметил моей безнадежной хватки, хотя я сильно вцепилась, ощущая выпирающий кадык под большим пальцем. Его остановит только выстрел и то ненадолго, если я не собираюсь расстрелять всю обойму.

Только убивать за поцелуй — это слишком? Или нет?

Я демонстративно взвела курок, но Эмиль не поверил в предупреждение. Телом он прижал меня к стене так сильно, что где-то под пиджаком, через слои одежды, я ощутила кобуру с рукояткой массивного пистолета.

У меня была секунда для решения. Если ранение станет смертельным — меня уже ничего не спасет, слишком близко его клыки к моей шее. Вцепится в горло. В голову стрелять нельзя.

Я опустила пистолет, и Эмиль поцеловал меня с таким напором, будто собирался сожрать, больно вдавливаясь щетиной в кожу. Надавил, заставляя открыть рот. От бывшего пахло богатством, властью, но все портил сладко-металлический вкус языка."

"Он накрыл мои глаза ладонями — знал, что сама я их не закрою. Тонкий расчет. Эмиль хотел сделать мне приятно своим поцелуем, а для этого я не должна его видеть. Ему самому не противно?

Там вообще есть что-нибудь внутри? Хоть одно чувство? Или там абсолютная пустота?

Эмиль напирал, едва не размазывая меня по стене — пытался добиться ответа. Он даже не старался быть нежным, жесткий рот сильно смял мне губы. Я зажмурилась от боли, заныла, пытаясь отвернуться.

И все равно он напоминал себя прежнего, каким я впервые увидела его в «Фантоме». В тот же вечер я оказалась с ним в постели — лучший вечер, что мы провели за годы.

Увы, то время безнадежно ушло. Он этого не понимал, а мне надоело снимать лапшу с ушей.

Я повернула пистолет боком, слепая под его ладонями, на ощупь прижала дуло к ямке между плечом и ключицей и нажала на спуск.

Пространства между нами почти не было, так что отдача ударила меня пошедшим назад затвором. Неожиданно и больно… От близкого выстрела зазвенело в ушах. Зато с моего лица исчезли чужие руки. Эмиль отшатнулся, хватая воздух ртом.

Я ожидала крик, но он сдержался, только вдохнул поглубже, стискивая простреленное плечо.