Продавец крови (СИ)

Весь второй этаж занимали мелкие фирмы, начиная копировальными работами и заканчивая юристами.

Феликс провел здесь три-четыре минуты, слишком мало, чтобы бегать по этажам. Что можно успеть за это время? Разве что, парой слов перекинуться.

Я вернулась к посту охраны и постучала в стекло. Внутри обнаружилась молодая блондиночка едва ли за двадцать.

— А где охранник? — удивилась я.

— Это я, — вежливо ответила она.

— Как пройти в библиотеку? — ляпнула я от безысходности.

— Дверь направо, — она вернулась к разгадыванию кроссворда.

Я потопала к выходу, злясь. Слежка провалилась. Ну и что в этом нового?

Вернусь после шести. Ведь что-то он в этой библиотеке делал, и кто-то пустил его в закрытое кафе, верно?

В микрорайон я вернулась вечером.

Парковка в уже знакомом переулке забита машинами, но свободные места были. Не таясь, я поставила «мерседес» между бордюром и машиной такси.

Я собрала волосы в хвост, проверила пистолет и на всякий случай сунула в карман вторую обойму. Ничего опасного я не планировала, но лучше быть готовой к неприятностям. Когда к ним готов, они всегда тебя избегают.

Рядом с лестницей в полуподвал курили парни, они сразу же уставились на меня. Так встречают новичков — в маленьких районах, где все друг друга знают, такое случается.

Музыку я услышала еще на лестнице. Значит, не ошиблась — загадочное заведение всего лишь кафе.

«Визит» оказался небольшим и очень уютным. Верхний свет приглушен, основную нагрузку брали на себя светильники на стенах. Посетителей немного — заняты всего три столика из восьми.

Я подошла к стеклянной, и неожиданно дорогой в этом интерьере, стойке. Молодая барменша надменно подняла бровь в мою сторону.

— Меню? — с вызовом спросила девушка.

Ее темные волосы были собраны в высокий узел, из которого во все стороны торчали костяные шпильки. Часть прядей прокрашены разными цветами — красным, фиолетовым, розовым, отчего барменша смахивала на невесту Франкенштейна. Блузка в китайском стиле с крупными алыми цветами, закрывала шею, но оставляла открытыми загорелые руки. К груди приколота табличка — «Алена».

Этой Алене было лет восемнадцать от силы, но на мир она уже смотрела, как на дерьмо.

— Не надо меню, — ответила я. — Просто кофе."

"Я забрала эспрессо и села за один из столиков. По соседству расположилась компания из двух девушек и мужчины лет тридцати, судя по гоготу, они травили анекдоты.

За дальним столиком сидела женщина — черноволосая и сухая как палка. Судя по выражению лица, она отчаянно скучала.

Еще один столик занимал здоровый бородатый мужик. Вальяжно развалившись на стуле, он откровенно пялился на меня.

Хлопнула дверь — вернулись те ребята с улицы. Они подсели к черноволосой и разобрали кружки.