Продавец крови (СИ)

Лицо широкое, породистое, с крупными чертами.

При моем появлении Вацлав улыбнулся и сунул большие пальцы за ремень, словно я чем-то очень его развеселила. Он насмехался надо мной всей позой.

Фигура казалась крепкой, по движениям я поняла, что Вацлав в эффекте и иначе бывает редко. На это намекала и бледная кожа. Одет неброско — черные брюки и серый пиджак, но такой материал и отличная посадка должны прилично стоить. А вампир при бабках — это всегда плохой вампир. Честно состояние они не сколачивают.

Вацлав с издевкой смотрел на меня, и я не понимала, в чем дело. Вампиры вообще редко смотрят людям в глаза — их больше интересуют другие части тела. Остальные рассматривали меня должным образом, один из них — тот, что подбирался к Эмилю справа, откровенно рассмеялся.

Что происходит? Почему они смеются?

— Не могу поверить, — он так заржал, словно тут делали на меня ставки. — Она здесь.

Я вошла в зал, стараясь не выдать замешательства, и остановилась метрах в трех от Эмиля. Он обернулся: взгляд тяжелый, на лбу испарина, лицо покрылось бледно-розовыми пятнами — да он в бешенстве.

— Зачем приехала? — процедил он. — Дура.

Он быстро потерял ко мне интерес. В дверях появился Андрей и сразу поднял руки, будто сдавался.

— Спокойно, — начал он. — Я нейтрал, просто здесь постою. Без претензий.

Зашел он без страха, но и без резких движений. Я понимала почему: перевес не на нашей стороне. Андрей стоял позади, но это не придавало мне уверенности. Во рту внезапно пересохло.

— Интересно, — Вацлав оглядел Андрея. Вживую голос оказался плавным, и со странным мягким акцентом. — Где Феликс?

И когда я услышала этот жесткий тон, поняла, что на месте Феликса не пришла бы. Черт возьми, я бы даже на своем месте не пришла, если бы знала, с кем столкнусь.

Он абсолютно нас не боялся, в нем не было даже тени неуверенности.

— Вы обещали нейтралитет! — выкрикнула я на волне липкого страха.

Вацлав нежно улыбнулся — прямо мне в душу. Так улыбаются приятным вещам, например, изысканному десерту, приготовленному специально для вас.

Неожиданно в дверях появился Феликс. С лица стекала вода, голова влажная, но он отмылся от крови. Часть скулы и щека распухли — даже эффект не спасет от гематом, разбитые губы спеклись. Я заметила, что из уха пропала сережка.

Руки все еще скованы — топор не помог.

В глазах такой страх, словно перед ним сам дьявол. Он упал на колени сразу, как увидел Вацлава. Дело совсем плохо. Повисла такая мрачная тишина, что мне хотелось закричать, лишь бы ее не стало.

— Верни крест, — сказал Вацлав.

— Его отобрали на границе, — пробормотал Феликс.

Я с трудом справилась с выражением лица. Теперь ясно, почему он снял сережку — она не ему принадлежала. Но причин выдавать его, у меня нет.