Проданная невеста (СИ)

Если он перестанет строить из себя мрачную скалу, попробует просто насладиться жизнью, перестанет носить исключительно черное и белое и начнет улыбаться, то может показаться довольно милым.

- Мне претит то, что приходится плясать под желания монарха, - высказался откровенно Рейн. – И эта девушка, леди Бичем…

Морриган вздохнула.

- Мне показалось, у вас глаз загорелся, когда вы на нее посмотрели. И в танце с ней вы смотрелись довольно гармонично, граф. Просто подумайте, вы спасете девушку. Ее оклеветали. Да, да, - кивнула леди Лайт в ответ на вопросительный взгляд Риверса, - и я не перестану это утверждать. Никто не возьмет ее теперь замуж. Она сирота. Ее родня, сегодня у меня была сомнительная честь беседовать с ними, надеется избавиться от девушки. Конечно, прямым текстом они это не говорили, но я умею слышать между слов и видеть то, что пытаются скрыть.

- Я менее всего сомневаюсь в ее целомудрии, - быстро проговорил граф. – Но она меня боится. Что это будет за брак?

- Мне кажется, лучше брак с вами, мой хмурый господин, чем заточение где-то в деревне или, что и того хуже, монастырь. Вот и решайте. Вы спасете девушку и получите хорошую жену. Только от вас одного зависит, что принесет этот брак. Вы старше. Вы опытнее. В общем, - устав уговаривать упрямого Рейна, Морриган Лайт взглядом велела ему закрыть дверцу экипажа, прежде успев добавить, - это не обсуждается. Король доверяет мне и одобрит мой выбор. Леди Бичем то, что нужно, граф. Поверьте!

Риверс закрыл дверцу и надменно поклонился. А леди Лайт, не удержавшись, открыла окно и, прежде чем в воздухе свистнул хлыст кучера, произнесла:

- Хартливы отдадут девушку вам с радостью, если вы заплатите нужную сумму. Купите свое счастье, милорд. А если и не счастье, то будущее своим наследникам. Кровь – это важно, Риверс. Уж я-то знаю, как никто другой, - она успела подарить графу улыбку, а мгновение спустя экипаж покачнулся и тронулся с места, увозя леди Лайт прочь от дома Аленов и от графа Рейна Риверса, смотревшего ей вслед.

************

Возвращались поздно ночью. Сидя рядом с кузиной, я отважно боролась с сонливостью и усталостью. Кажется, я просто переволновалась. Бал прошел относительно спокойно, особенно после того, как я решительно перестала обращать внимание на шепотки, коловшие спину и на гадкие улыбки тех, кто думал, будто я их не вижу.

Один Шолто был со мной любезен из всего семейства Хартлив. Его родители и сестра смотрели на меня так, будто я была пустым местом.

- Прекрасный бал, - не выдержала тетушка Иден, когда мы уже подъезжали в столичному дому Хартливов. – Если бы не… - она сделала вид, что осеклась, но так выразительно посмотрела на меня, что все стало понятно и без лишних слов.

- Мое имя было в приглашении, - я решила не молчать.