Проданная королева

Ну где же этот Рихарт, черт бы его подрал?!

* * *Большая галерея располагалась на широкой крепостной стене в центральной части замка. Там сегодня действительно было довольно людно. Выдался теплый безветренный день, дамы прогуливались пестрой группкой, одетые в темное мужчины оттеняли вычурность их нарядов. И только свита принца Джонаха с ним во главе радовали глаз многоцветьем. Младший брат не слишком старался соблюдать траур по старшему.

Когда вдовствующая королева со своей небольшой свитой появилась на галерее в сопровождении лордов Сомера и Дейриса, принц как раз любезничал с леди Элвиной. Увидев Мирославу, жестом велел леди замолчать, и, отвернувшись от дочери лорда Балфора, пошел навстречу королеве:

— Миледи Линевра, позвольте поприветствовать вас, — произнес он, однако не поклонился, как того требовали правила вежливости.

Мирослава молча кивнула в ответ.

— Дейрис, благодарю, можешь пойти полюбезничать с дамами, они будут рады тебе. А ты, Сомер, составь компанию леди Одри.

Приказание принца было исполнено немедленно и с удовольствием. Рядом с королевой остался только телохранитель.

— Эрвиг, можешь постоять где-нибудь у стенки. Миледи Линевра пока побудет под моей охраной, — принц Джонах проговорил это, даже не взглянув в сторону телохранителя.

Однако тот не намерен был подчиняться беспрекословно.

— Милорд Джонах, телохранителем королевы меня назначил король Гордиан. И отменить его приказ может только король, — проговорил он поклонившись.

Джонах взглянул на воина, и Мирослава поняла, только что тот подписал свой смертный приговор. Однако принц рассмеялся."

"— Ну что ж, следуй за нами, если так хочешь, но не ближе пяти шагов, — и сделал жест, приглашая вдовствующую королеву пройтись по галерее.

Все это время Мирослава смотрела на толпу, на Одри, вынужденную выслушивать Сомера. На леди Элвину, во взгляде которой читалась жгучая ненависть. Они отошли на пару шагов и Мирослава не удержалась, спросила:

— Ваше высочество, не сочтите за труд объяснить, к чему все это?

— Что, миледи Линевра? — легкомысленно ответил тот, прохаживаясь и поглядывая в сторону леса.

— Еще пару дней назад вы были любезны и предупредительны с леди Элвиной, а меня не замечали в упор. А теперь… К чему, простите, эти перемены?

Он неожиданно остановился, шагнул ближе, пристально глядя Мирославе в глаза, и ответил приглушенно, так, чтобы слышала только она:

— Возможно, два дня назад мне еще не сделали ультимативного предложения вступить в брак? А я не люблю ультиматумы, миледи Линевра. На них я отвечаю по-своему.

Ого?! Откровенность?

Что ж, откровенность в ответ. Она тоже понизила голос, говоря:

— Но этим вы ставите под удар меня, ваше высочество.