Проданная королева

Но даже мысль подобная у него не возникала.

Его же все равно найдут и потом… В лучшем случае пустят на колбасу, провертев живьем вперемешку со свининой. Как представил, так и затрясся в панике. Нет, злить его ни в коем случае нельзя!

И ведь знал, что так будет… Знал! Как только увидел тот проклятый браслет, сразу понял…

— Мммвах-ха-хаааа… — тихонько зарыдал несчастный. — Боже милосердный, клянусь, я исправлюсь! Только избавь меня от этого ужасного человека…

А ужасный человек в этот момент был занят подготовкой и очень спешил.

Прежде всего, Вадим связался с адвокатом отца и вызвал его сюда. Несмотря по позднее время, Гершин согласился вылететь немедленно. Однако Вадим хотел, чтобы тот сначала кое-что сделал для него.

Необходимые формальности отняли какое-то время, но зато все счета жены и тещи Вадима Балкина были заблокированы. Дальше предстояло оформить доверенности, составить новое завещание и начать бракоразводный процесс. Он хотел привести в порядок все свои дела.

Все-таки, если эта трусливая жирная тварь не врала, предстояло весьма рискованное дело. Но риск не останавливал Вадима. Он не боялся рисковать, боялся лишь того, что все это окажется бесполезной тратой времени и сил. И он никогда не сможет отыскать ее. Потому что это невозможно.

И как только мысль делала эту петлю, ставя под сомнение его затею, он сжимал зубы. Маяк работал, значит, ничего невозможного нет. Он готов был идти до края и за край. В данном случае — за край в буквальном смысле.

Закончив говорить, Вадим подошел к арабу, тот сидел нахохлившись и что-то тихонько бормотал. При виде его, испуганно отдернулся. Вадим жестом показал, чтобы тот шел в машину и сам сел за руль.

До рассвета оставалось примерно три часа.

* * *Остаток ночи удалось кое-как поспать, к утру туда понаехало еще несколько машин с людьми. День прошел крайне плотно и загружено, но все дела, намеченные на сегодня, были сделаны.

Селиму, которого не отпускали ни на шаг, даже пописать его сопровождали два людоеда, казалось, что кошмарный русский никогда не устает и не отдыхает. Сам он давно не соображал, что происходит вокруг, просто плыл по течению, молясь, чтобы это когда-нибудь закончилось.

К ночи оно закончилось. Но началось кое-что похуже.

Труп женщины отправили на экспертизу. Как русский это сделал, минуя все запреты и границы, Селим не хотел знать. У каждого свои каналы и возможности.

Но когда услышал, чего конкретно хочет от него русский, завопил и забился в истерике. А у того даже выражение лица не изменилось. Каменное сердце! Так и кричал несчастный, но русский был к его крикам холоден и повторил то, что уже сказал до этого:

— Ты идешь со мной. И ты идешь первый. Туда и обратно. Везде первый, чтобы я видел.