Проданная королева

Его притягивала какая-то нужда, странная жажда. Но ведь и измениться он не мог, он такой, какой есть.

Вот и ходил под дверью как подросток, раздумывая.

Что же ты имел в виду, папа?

Знал, что так будет? Но откуда?

Откуда старый садист знал, что так будет?

* * *Размышления оборвались внезапно. В этот момент на стену замка подышать свежим воздухом вышли Мирослава и Одри. За их спиной маячил Эрвиг.

Вадим немедленно вскочил, поправляя плащ и инстинктивно надвинул капюшон пониже.

* * *Жизнь в Аламоре текла своим чередом, а у господина Селима Хаята жизнь тоже была крайне насыщенной. И прямо скажем, жизнь у него была совсем не сахар.

Сначала, когда очнулся от обморока и понял, что большая бездна все же настигла его, даже хотел повеситься. Но во-первых, вешаться там было не на чем, а во-вторых идея была вздорная и богопротивная, и Селим сразу же от нее отказался — слишком любил себя. И вот эта самая любовь к себе несчастному и сподвигла его искать пути к спасению.

Искать было крайне непросто. Высовываться наружу не посмел, жить хотелоь. А там как узнают, что господина потерял, смерть покажется лучшим из того, что эти людоеды с ним сделают. В итоге, несмотря на дикий голод, а может быть, именно благодаря ему, Селим и пошел снова в тот мир.

Конечно же, первым делом попытался найти место, где господина вместе с отрядом всадников завалило камнями. Нашел с четвертой попытки. Ох… зрелище показалось Селиму ужасным. Он даже проникся к погибшему русскому состраданием. Но от этого его собственная судьба ничуть не становилась лучше. Надо было хотя бы разыскать его тело, чтобы предъявить в качестве доказательства своей невиновности.

Вот он и принялся, кряхтя и стеная, рыскать среди громадных валунов. Лазать там было очень трудно, да еще неприятным было и то, что река поднялась, завал значительно сузил ее русло. Селим переживал, не осталось ли тело под водой. Это был вообще полнейший мрак и конец всему.

Поиски вывели его на пещеру, что образовалась стараниями Вадима, а потом Селим увидел и следы, уходившие в сторону дороги. Следы копыт. Всадников было шестеро. Безумная надежда зажглась в сердце несчастного. В ту минуту он был уверен, что этот русский не мог так просто погибнуть. И хоть он его терпеть не мог и боялся до колик, но ужасно обрадовался этой мысли.

Следы, это хорошо. Но теперь надо идти по тем следам дальше.

Идти пешком? На голодный желудок?

Это было слишком для измученного организма. Селим понял, для начала снова придется перемещаться и воровать. Воровать и перемещаться. С каждым разом перемещаться становилось проще (не говоря уже о том, что воришкой он стал первостатейным), хотя и требовало усилий. Но ему было страшно задерживаться там в одиночку.