Проданная Истинная. Месть по-драконьи (СИ)

Медленно обернулась, и сердце у меня упало на дно нашего бездонного садового колодца, разбившись вдребезги.

Еще до того, как он поднял алую фату, до того, как произнес слова приветствия, я уже знала, что сегодня умру. Вернусь домой и отец забьет меня своей тростью до смерти.

Несколько секунд Анвар Фалаш, не доходя до помоста пары шагов, стоял не двигаясь, словно внезапно окаменев. И лишь когда среди гостей раздались возгласы недоумения, резко шагнул ко мне и без всякого уважения задрал фату. Настала моя очередь застыть кроликом перед удавом.

Широкоплечий, узкобедрый, с идеальной выправкой. Золотые волосы по плечам, идеальной линии скулы, полуулыбка и мрачные глаза, словно вкусившие от той Бездны, которую покоряет молодой герцог в своем Сопределье. Слишком чужеродные его дерзкой вызывающей красоте.

Оглядев меня, он с недоумением выгнул темно-золотую бровь.

— Неужто я столь низкороден, что должен взять за себя… это.

Это.

Существо. Вещь. Товар плохого качества.

Я растерянно моргнула. За пару лет в чужом теле я притерпелась, прижилась, испила до дна унижений, в которые родилось мое тело. Оказывается, еще есть куда падать. А может у унижения просто нет дна.

В храме раздались первые смешки, но герцог поднял взгляд, и голоса затихли, словно гости столкнулись с тем же холодом глаз, которые так противоречили ласковой герцогской усмешке.

— Наша дочь еще юна, но, уверяю, ваша Светлость, прекрасно обучена, добра и послушна.

Нет дна, напоминала я себе и, сгорая от стыда, уставилась на мыски свадебных алых туфель.

— Но мне не нужна… послушная жена, нир Фьорре.

Зал затаив дыхание выслушивал мерзкий торг, в котором я выступала неодушевленным предметом.

Герцог поигрывал коротким стеком, но не уходил, скучающе разглядывая витражи. Меня он увидел и понял за один короткий взгляд, и больше не смотрел — я его не интересовала.

— Но договор уже заключен, — вкрадчиво напомнил отец. — Юридически вы женаты, оттиски печатей наших домов стоят на документах.

Он лукаво постучал ногтем по прозрачной папке, набитой бумагами.

— Ее Величество была к вам очень добра, и этот договор подписан ее рукой."

"Мама неслышно скользнула сквозь толпу и встала рядом с отцом. Люди, мало ее знающие, обычно относились к ней с сочувствием и симпатией. Жить со столь вспыльчивым дракониром, воспитывать трех детей, управлять огромным поместьем и при этом организовывать приемы, достойные императорских по размаху. На самом же деле именно она заправляла всем железной рукой от финансов до политических настроений семьи.

Но, кажется, на этот раз, мама промахнулась.

Я-то видела полные холода глаза герцога, дружелюбную улыбку, которая не значила ровным счетом ничего.