Проданная ему

Первый порыв прижаться губами к его губам. Не целовать, а просто прижаться, едва касаясь друг друга. Просто хочется ощутить его тепло на губах, под своими ладонями. Просто рядом с ним так хорошо и не хочется куда-то спешить.

Поддаюсь порыву, зажмурившись от своей смелости, скольжу пальцами по небритым щекам, очерчиваю его губы и только после этого касаюсь их своими губами. Они сухие, теплые. Все, никаких больше движений ни от меня, ни от него.

Мне кажется, или Руслан не дышит?"

"Робко открываю глаза, он тут же обхватывает ладонью мой затылок и языком толкается мне в рот между полураскрытых губ. Вроде не принуждает, но держит крепко и целует властно. И мне становится страшно. Возможно, Руслан не особо отличается от Артема… Упираюсь ладонями ему в плечи, послушно меня отпускает, прищуривается.

Он не Артем, но… ощущение, что меня подавляют, не отпускает.

— Доброе утро, — мямлю с кривой улыбкой, запутавшись в своих чувствах, мыслях. Сдвигает брови, между ними появляется морщинка.

— Утро начинается не с кофе, а… с поцелуя. Мне нравится такое начало, — осторожно проводит пальцем по щеке.

— Кофе? Правда, растворимый.

— Молоко есть?

— Есть.

— Тогда с молоком, — я киваю и поспешно встаю с дивана, хватаю халат со стула, чувствуя его изучающий взгляд каждой мурашкой. На мне шелковая ночнушка до колен на тонких лямках, но под взглядом Руслана я словно голая. Щеки вспыхивают, торопливо ухожу на кухню.

Я нервничаю, начинаю готовить, снимая таким образом напряжение, полностью сосредоточившись на процессе готовки, но слышу, как скрипнул диван, слышу шаги в ванную, слышу, как льется вода. На миг представляю, как капли скользят по обнаженной мужской груди, еле успеваю снять с огня сковородку.

Когда появляется Руслан, полностью одетый, с влажными волосами, на столе уже есть воздушный омлет, чашки с кофе и чаем, бутерброды с мягким сыром и рыбой.

— Я не знаю, можно ли тебе бекон, поэтому решила просто омлет с зеленью, — нервно заправляю прядь за ухо, смотря куда угодно, но только не на мужчину, садящегося за стол.

— Свинину я действительно не ем. Садись, не стой, как служанка, над душой, — Руслан глазами приказывает опуститься на стул. — Сто лет не завтракал нормально. Очень вкусно.

Недоверчиво смотрю на мужчину, на его тарелку, где быстро исчезает омлет. Ему действительно нравится? Или он из вежливости говорит?

— Чем ты будешь заниматься? — берет бутерброд, двигает чашку к себе.

— Без сахара.

— Спасибо.

— Не знаю. Наверное, домой поеду.

— А там что?

— Поищу работу, попытаюсь упорядочить свою жизнь.

— Родители в курсе, что ты развелась?

— Да, — еда не лезет, но упорно ее пихаю себе в рот, так как Руслан следит за каждым моим действием.

Родителям призналась.