Проданная ему

Получилась «сладкая» комната, воздушная, мимишная, с преобладанием пастельных тонов в цветовой гамме и стиля шебби-шик.

— Осталось повесить шторы и положить на кровать декоративные подушки её имени, — улыбаюсь Руслану, он усмехается, берет белую тюль. Я передвигаю стремянку к окну, залезаю наверх. Протягивая одну руку вниз, другой поправлю крючки. Наши пальцы случайно соприкасаются, испуганно сгибаю руку в кулак, смотрю на Руслана. Уголки его губ отпущены, но взгляд не отводит.

Каждый день убеждаю себя, что теперь мне нечего бояться, что Руслан не бывший муж, тот бы не стал так долго держаться в стороне. Он полтора месяца после родов меня не трогал, потому что трахался на стороне.

Я могу поверить, даже поверю в то, что сегодня — завтра дотронусь до Руслана, проведу ладонью по его небритой щеке, прикоснусь к его губам. Только это все длится ровно до того момента пока меня не накрывают воспоминания последней близости, заставляя вспоминать издевательства, что были ранее. Боль, унижение, обида, непонимание — все во мне.

— Сама справишься? — ровным голосом спрашивает, вымученно улыбаясь. Мне безумно его жалко, я не понимаю, почему он со мной, почему столько времени терпеливо решает мои проблемы, ничего не требуя взамен.

— Думаю, да.

— Я тогда приготовлю нам чай, — отворачивается и уходит из комнаты. Чай мне не хочется, вряд ли Руслан его тоже будет пить.

Тюль, шторы, подушки на кровать — на все уходит полчаса. Неторопливо спускаюсь на первый этаж, замираю на последней ступеньке. Руслан стоит возле раковины, скрестив руки на груди, смотрит в окно. Сейчас там завораживающая картина, утром пошёл снег и лужайка, деревья теперь белые — белые.

— Красиво сегодня, правда? — встаю рядом, но не совсем близко. Украдкой бросаю на Алиева внимательный взгляд. Он выглядит сейчас безумно уставшим и не спешит скрыть это состояние. Словно устал скрывать свою усталость. Парадокс.

— Да, красиво, — бесцветным голосом соглашается, берет две большие чашки. На столе уже стоит чайник, сладости и нарезка на бутерброды.

— Руслан…

— Чёрный или зелёный? — себе заваривает чёрный чай.

— Зелёный. Я чувствую себя виноватой перед тобой.

— Почему?

— Ты столько всего делаешь для меня, ничего не просишь, не требуешь, хотя имеешь право. Я очень тебе благодарна за Лизу, за то, что держишь свое слово. В своей жизни мне мало доводилось встречать людей, которые выполняют свои обещания.

— Это самое меньше, что я могу для тебя сделать. Садись, — кивает на стул, послушно присаживаюсь. Вновь он о своей вине. Я его лично не обвиняю в произошедшем, Артем бы меня достал где угодно, вопрос времени. Сейчас, находясь в этом доме, рядом с Русланом чувствую себя больше в безопасности, чем в квартире. Это дом стал моей крепостью.

— Ты не виноват.