Проданная ему

У меня ахрененная жена, у меня трое очаровательны детей, что может быть еще лучше в этой жизни?

— Но ты из-за нее нормально не общаешься с матерью.

— За все надо платить, у меня такая цена за любовь, но я бы все равно не отказался от Стеллы. Я не знаю, Руслан, как тебе все объяснить, но в этой жизни семья — это самое ценное. Деньги? Они не согреют тебя в постели, не обнимут. Девки, которые готовы на все ради благополучной жизни? Но они первые уйдут, если ты вдруг окажешься на дне. Я просыпаюсь каждое утро и благодарю Аллаха за то, что подарил мне такое счастье, счастье в глазах жены, в глазах детей. И если вдруг у меня ничего не будет, они будут рядом, потому что им нужен я, а не то, что у меня есть. Понимаешь?

— Пытаюсь понять. У меня никогда не было нормальной семьи.

— Так что тебе мешает создать свою идеальную семью? Эта девушка, о которой ты сейчас беспокоишься, цепляет тебя, заставляет совершать поступки, которые ты бы ради другой не стал совершать. Дай ей то, что ей нужно, и окажется, что это нужно и тебе.

Повисает молчание. Смотрю на Эмина, пытаюсь осмыслить его слова, которые на первый взгляд кажутся мне сущим бредом, набором каких-то непонятных мне мыслей. Что я могу дать Жене? Безопасность? Ага, обезопасил так, что еще не скоро она придет в себя. Деньги? Ей начихать на деньги, ушла от Градовского без копейки и не требовала никаких выплат, хотя с такого урода нужно брать по полной программе. Что я могу ей дать?

— Время позднее, я поеду домой, — Эмин смотрит на часы, я тоже смотрю.

У меня поезд утром, нет желания оставаться на пару дней, в Питере меня ждет Женя, ждет моего прихода. Пусть мы совсем не разговариваем, можем просто вместе посмотреть фильм, сидя рядом друг с другом, не касаясь. И сколько мне требуется сил держать себя в руках, чтобы не трогать ее, не прикасаться к волосам, к плечам, одному Богу известно, вместе с Аллахом. Просыпаясь каждое утро с железным стояком, у меня не возникает мысли найти какую-то левую девку, трахнуть ее без прелюдии. Я хочу Женю.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Да, Руслан, на Новый год, если не собираешься в жаркие страны, милости просим. Только со спутницей. Стелла мне не простит мужские разговоры в праздник. А если еще с ребенком придешь… — широко улыбается, заставляя меня дернуть губы в подобии улыбки.

— Откуда я тебе ребенка возьму?

— Не знаю, говорят в Новый год случаются чудеса и невозможное становится возможным.

— Наличие бороды не делает тебя похожим на Деда Мороза, Умаев.

— Зато ты свою сбрил, — проводит ладонью по бороде, усмехается и уходит. Я достаю из пачки сигарету, щелкаю зажигалкой.

Не любовница она мне.