Продана замуж

Дуреха с наивными понятиями о жизни. Вот удружил старый лис. Хотя за это я и правда, считай, поймал удачу за хвост. Знай я заранее, согласился бы?

Да даже не раздумывая. Принять в семью стрекозу эту, а в обмен получить столь многое? Выбор очевиден.

- Если ты не будешь делать мне нервы.

Барби застывает, мне даже кажется, дышать перестает. Словно сурикат на выгуле.

- Я могу сама выбрать, где учиться?

- А что с этим какие-то проблемы?

Жена, наконец, отмирает, едва заметно ерзает и пытается не морщиться. Глупая. Я и так знаю, что ей больно.

- Я не успела подать документы из-за свадьбы.

- Хорошо. Скажешь Авдею что и куда - он организует.

- Кому?

- Он чуть позже найдет тебя, - поясняю.

- То есть я смогу съездить в университет? - и такая жгучая надежда у нее в голосе. Даже жаль становится куклу обламывать.

- Я разве это сказал? Институт выберешь - все будет устроено. В сентябре пойдешь, если ситуация в городе наладится.

- А как же медосмотр? -  раздраженно фыркает стрекоза. - Ты же сказал, что меня должны в клинику были отвезти. А теперь, выходит, и плевать, что там со мной не так.

И опять этот ее взгляд с вызовом. Ох, мало по заднице выхватила, мало. Но времени устраивать повторный урок тупо нет.

- Будет тебе медосмотр, - кидаю, поднявшись на ноги. - А ты пока подумай над своим поведением.

Выхожу из дома, а у самого внутри зудит противно что-то. Будто деталь какая-то выбивается из общего механизма. И походу все из-за занозы этой малолетней.

Бросаю взгляд на часы - и так подзадержался. Некогда.

На место подъезжаю с опозданием. Рустам уже ждет.

- Не торопишься, - замечает он, подавая мне руку.

- Обстоятельства.

- Молодые да стройные, - ухмыляется друг.

- А еще борзые и краев не видящие, - киваю.

- Слышал про отца ее. Неожиданно.

Мы оба молчим. Сабуров мужик немногословный. Как и я, собственно. На том и сошлись когда-то в детдоме.

- Твой долг ему закрыт.

Рус напрягается.

- Ты…

- Как и мой тебе.

- Старый пень, - качает он головой. - Все ж таки переиграл, значит.

- Ты знал? - тут же напрягаюсь.

- О чем? Что завод его вот-вот отожмут? Подозревал. Но Борисов был слишком ушлым, его так просто не возьмешь. Да и понятно, что лезть к нему было не в моих интересах. Правила он соблюдал - остальное, не моя забота.

- Он приходил к тебе дочь пристраивать?

- Было дело, - неохотно признается друг. - Но мне, сам понимаешь, не до этого.

Ловко-то как. Не до этого ему, блядь. А мне теперь куда стрекозу эту неугомонную девать? Хотя приданное за ней, конечно, фартовое.

- Как сын? - интересуюсь осторожно, помня про болезнь Эмиля.

У меня детей нет, да и не стремлюсь. Барби ляпнул, просто чтоб место свое знала. В нашем мире любое слабое место - плохо. Так что род свой продолжать я уж точно не планирую.

- Не особенно, - мрачно отвечает друг.