Продана Миллиардеру

Но стальные створки не успевают закрыться за моей спиной.

– За тобой не угнаться, – до жути раздражающий голос опять звучит рядом, обдает затылок жаром.

Черт. Волков успевает заскочить внутрь. На миг мне становится дурно, липкий пот прошибает тело, однако я подавляю вспышку паники.

Что он мне сделает? Здесь. Посреди огромного офиса. Повсюду камеры. Да и ехать до следующего этажа недолго. Потом в кабину зайдут другие люди. Пару секунд наедине с этим ублюдком я выдержу. Дальше – выйду.

Волков нажимает на кнопку блокировки и лифт останавливается.

– Нам надо поговорить, – заявляет твердо, встает так, что закрывает массивной спиной табло управления.

– Нет, – холодно отрезаю я.

Он шагает вперед, а я отступаю назад. Дрожь прошибает тело ледяной волной, растекается по рукам и ногам. Тревога вспыхивает под ребрами.

– Бэмби...

– Хватит! – нервы сдают. – Не подходи.

– Ладно, – мрачнеет, но останавливается, окидывает меня долгим взглядом, изучает от макушки до пят. – Только ты же сама дразнишься.

– Что? – истерический смешок вырывается из груди.

– Ну вырядилась так, – криво усмехается гад.

– Как?! – спрашиваю резко, а после я невольно бросаю взгляд в сторону, сталкиваюсь с отражением в зеркальной поверхности.

Красный пиджак. Красные туфли. Проблема в этом? В призывном цвете? Он что, как бык реагирует? Бросается на яркое? Стоит нарядиться в красное – жди проблем?

Бред. Я выбрала одежду на автомате. Утром вообще не задумывалась, чисто машинально остановилась на удачном сочетании темно-синего и красного.

Если бы знала про такую реакцию, то никогда бы не надела… стоп, в смысле? Буду носить все, что захочу. Исключительно на красный цвет перейду. Пусть смотрит, дергается, исходит яростью. Наплевать. Моя одежда – мое дело.

– Я не обязана отчитываться перед тобой, – заявляю сухо. – Уж прости, но одежду я выбираю без учета чужих пожеланий.

Слишком много слов. Я оправдываюсь перед ним? Я вообще не должна ничего говорить. Я видеть его не хочу. Знать. Слышать – тем более. Он опять ведет себя как маньяк. Да он и есть маньяк. Ненормальный.

– Скажи, что мне сделать, – вдруг говорит Волков.

Я недоуменно выгибаю бровь.

– Признаю, в ухаживаниях не силен, – прибавляет с ухмылкой. – Поэтому выкладывай прямо. Как поступить, чтобы ты перестала задирать нос? Как загладить вину?

Мучительно тянет добавить ему второй фингал. Первый выглядит жутко. Даже не верится, что я умудрилась настолько крепко приложить. Наверное, просто повезло. Вот только этот синяк совсем не уродует ублюдка, не придает ему жалкий вид. Расцарапать бы его наглую физиономию до крови. Стереть бы раздражающую ухмылку.

Мои пальцы сами по себе сжимаются в кулаки. Нет, нельзя до подобного опускаться. Я ужасаюсь собственным порывам.

Я ведь девушка.