Продана Миллиардеру

Волков щелкает пальцами – включается музыка. Тихая чарующая мелодия льется, будто из ниоткуда, заполняет пространство вокруг.

Невыносимый мужчина. Жуткий. Пугающий. Вот как он умудряется бесшумно подкрадываться? Организовывать такие моменты?

Я мотаю головой, точно пытаюсь развеять наваждение.

Ладно, ничего особенного. У него же куча денег. Нанял декоратора. Или кто подобными вещами занимается? Дал распоряжение помощнику.

– Прошу.

Галантным жестом отодвигает стул, приглашая занять место. Выглядит так, словно ухаживания для него в порядке вещей. Но я понимаю, чувствую, он привык обращаться с девушками иначе, получать желаемое по щелчку.

– Благодарю, – роняю холодно.

Я все же принимаю приглашение. Ужасно хочется есть, а еще накатывает дикая усталость. Я ведь почти не спала всю прошлую неделю. Дорога до столицы окончательно измотала. Уверена, Волков не позволит улизнуть отсюда, поэтому глупо спорить сейчас, лучше приберегу силы для нашего следующего столкновения.

– Госпожа Калинина, вы так напряжены.

Горячее дыхание опаляет мою макушку, массивные ладони опускаются на плечи, поглаживают и разминают.

Проклятье. Он даже мою фамилию произносит на свой манер, намеренно смакует, растягивает буквы нарочито ленивым тоном. Бесит. Раздражает. Доводит до предела. Мои чувства сбиваются, спутываются. Скоро я сама перестаю понимать собственные эмоции. Четко осознаю лишь одно: я чертовски сильно хочу, чтобы этот гад меня отпустил.

– Вы еще и массажист, Глеб Александрович.

– Список моих талантов бесконечен.

– Природная скромность на первом месте.

Он смеется и продолжает изучать мои плечи, двигает пальцами так, будто играет, настраивает музыкальный инструмент.

– Ну хватит, – дергаюсь и сбрасываю его ладони.

Почему я не сделала этого раньше? Почему вообще позволила до себя дотронуться?

Я мысленно даю себе несколько пощечин, но это не помогает развеять туман в голове. Я просто устала. Энергия на нуле. Нужно поспать, восстановиться. А сейчас меня слишком легко выбить из колеи.

– Дружеский жест, – небрежно заявляет Волков. – Я надеюсь, что сумел тебя расслабить.

Да уж. Скорее напряг.

Он усаживается напротив, а я все равно не ощущаю себя в безопасности, попадая под прицел пронзительных синих глаз.

Вечер только начинается. Что дальше?

– Я пропустила момент, когда мы стали друзьями, – говорю ровно.

– Врагов у меня нет, – отвечает с усмешкой.

Тянет возразить и усомниться в такой идеальной картине, но тут доходит суть. “Нет” – в том смысле, что никто не рискует стать врагом, а если какому-нибудь бедняге все же не повезет перейти дорогу Волкову, то расправа последует в момент.

– Мне казалось, мы поняли друг друга, – продолжаю я и смотрю в его сверкающие глаза. – Наше общение носит только рабочий формат.