Любовь не продаётся

— Ну, я имею в виду, если на цепь мы посадим вместо Везунчика тебя, то она сейчас чувствуя свою вину, и на обоих согласится.

— На цепь? — Артем то ли притворялся, то ли подыгрывал, но тон его был серьезным, хоть уголки губ и подрагивали, силясь сдержать улыбку.

— Да, я сама лично тебя на нее посажу, если не перестанешь так настойчиво посягать на мою территорию, — и вот теперь Артем расплылся в широкой улыбке и отпустил меня.

Но я и не представляла, что должно случиться такого, чтобы я смогла переступить черту дозволенного и вот так с разбегу броситься в его объятия и отношения. Да и нужно ли это было нам обоим? Может быть, лучше для нас двоих будет остаться друзьями? Но озвучивать это предложение намеренно не стала, не иначе мужчина рьяно кинется доказывать обратное. На примере показывать, что дружба между мужчиной и женщиной невозможна или сводится до уровня тактильных ощущений и чувств.

— Так что с Везунчиком? — Артем повторил свой вопрос, а я поглядела на собаку.

— Конечно, он отправится домой вместе со мной. Миша будет очень рад. А мать как-нибудь переживет… — я задумчиво смотрела на пса, который покорно сидел немного поодаль нас и вилял хвостом. — Смирится, в конце концов, — сделала я заключение.

— А он… Вы, правда, его посадите на цепь? Тогда может ему…

— Артем! — строго проговорила я. — Я пошутила. Но на лето придется придумать что-то типа вольера, потому как он всю рассаду матери затопчет. Ну, а может он окажется разборчивым псом и просто будет себе периодически гулять на улице, а спать в коридоре на подстилке.

— Ну, все лучше, чем быть бездомным, — изрек Артем. — Я купил ему лежак, и три большие пачки корма. Думаю, на полгода точно хватит его прокормить.

Настал мой черед расплыться в широкой улыбке.

— С учетом как он лает, — а его лай и в самом деле походил на визг молодого и голодного поросенка, — то слово прокормить ты употребил как нельзя точно, — мы рассмеялись в голос вместе с Артемом и направились в сторону ворот.

Через полчаса Артем припарковал машину возле моего дома. Я намеренно не стала его просить остановиться чуть подальше, скрываться точно не собиралась. Ничем постыдным я не занималась, а то количество еды, какое он купил для собаки, я точно не донесу сама.

Вместе мы выгрузили пачки корма, принадлежности для Везунчика, которые Артем предусмотрительно приобрел, оставили их во дворе и подошли к машине.

— Я вечером позвоню? — неуверенно спросил Артем, а мои ладони снова вспотели и я, задумавшись, смотрела ему в лицо, думая об ответе.

Но разве могла ли я теперь сама лично отказаться от человека, который проявлял ко мне такой интерес? Сколько можно сопротивляться своим чувствам? Ведь пока кроме общения он больше ничего и не предлагал, не давил на меня и никуда не торопил.