Пробуждение

Затем этот клинок вошел в мое сердце.

Елена в ужасе на него посмотрела, но Стефан без всякой паузы продолжил:

– Я ощутил боль, ощутил холодную сталь. Стало ясно, что она меня пронзила, вошла глубоко, очень глубоко. Удар вышел жестокий. А затем я лишился сил и упал на мощенную камнями дорожку. – Тут Стефан поднял глаза на Елену и просто закончил: – Именно так… я и умер.

Елена сидела в оцепенении. Лед, который она раньше чувствовала у себя в груди, теперь словно заполнил ее целиком.

– Дамон подошел и склонился надо мной. Где-то далеко слышались крики моего отца, крики слуг, но я мог видеть только лицо Дамона. Его черные глаза были как безлунная ночь. Я очень хотел отомстить ему за все, что он со мной сделал. За все, что он сделал со мной и с Катриной. – Стефан немного помолчал, а затем почти мечтательно произнес: – Тогда я поднял меч и вонзил его в грудь своего брата. Собрав последние силы, я ударил моего брата мечом и пронзил ему сердце.

Гроза уже двинулась дальше, и теперь сквозь разбитое окно доносились негромкие ночные шумы, стрекотание сверчков, шуршание ветра в деревьях. А в комнате Стефана все замерло."

"– Больше я ничего не чувствовал, пока не очнулся в своей гробнице, – продолжил Стефан, отклоняясь назад и закрывая глаза. Лицо его оставалось напряженным и смертельно уставшим, но та ужасная детская растерянность исчезла. – Крови Катрины вполне хватило для нас с Дамоном, чтобы мы не умерли. Нет, мы не умерли – мы изменились. Мы очнулись в общей гробнице, наряженные в самые лучшие одежды. Мы лежали на каменных плитах рядом друг с другом. Нас сковывала слабость слишком великая, чтобы мы смогли еще хоть как-то друг другу навредить. Силы иссякли. И мы с трудом понимали, что происходит. Я позвал Дамона, но он убежал в ночь. К счастью, нас похоронили с кольцами, данными нам Катриной. И я нашел ее колечко у себя в кармане. – Словно бессознательно Стефан потянулся погладить золотой кружочек. – Думаю, все решили, что она мне его подарила. Я попытался добраться до дома. Какая глупость! При виде меня слуги дико закричали и побежали искать священника. Мне пришлось уйти. Я отправился в единственное место, где мог чувствовать себя в безопасности. Во Тьму. Там я с тех пор и оставался. И знаешь, Елена, именно там мне и место. Я убил Катрину своей гордостью и ревностью, я убил Дамона своей ненавистью. Хотя моего брата я не просто убил. Хуже того, я его проклял. Если бы Дамон не умер тогда, пока в его венах еще была сильна кровь Катрины, у него появился бы шанс. Со временем ее действие должно было ослабнуть, а затем и окончательно исчезнуть. Дамон снова стал бы нормальным человеком. Убив, я приговорил его вечно жить в ночи. Таким образом, я отнял у него последний шанс на спасение.