Пробудившая пламя

– Выпаливает, едва меня увидев, их старший, он же правая рука и боевой побратим князя Ярого, Дикой.

– Борг Дикой, мне нужно знать, когда вы будете готовы отправиться к князю, но при условии, что вы сможете преодолеть обратный путь без остановок? Я соберу отряд охраны для вас, потому что мне необходимо, чтобы вы точно добрались до князя и передали ему мои слова. – Не скрываю я причин такой отправки и ставлю перед собой дочь. – Знакомьтесь, это Малис, ирлери империи и моя единственная дочь.

– Уххх... Ёшш... – выдыхает Дикой.

– Искать никого не пришлось. Княжна Ярина оказалась моей женой, подарившей мне двоих детей и принявшей ещё одного моего сына после того, как она его спасла из пожара. – Не вижу смысла лукавить я. – Её купили на торгу совсем ребёнком, ничего не помнящим о себе, и только без конца повторяющей " Ираидала ", все решили, что это её имя, а как выяснилось, она знала, что её напоят зельем, чтобы лишить памяти и пыталась запомнить таким способом хотя бы имена родителей. Сегодня, когда она увидела портреты, действие зелья прекратилось. Возможно, прошедшее время и шок пробудили память Ираидалы. Но сейчас она спит, воспоминания возвращались тяжело, она вспомнила, как погибла вся её семья от рук наёмников принца Димарии, отомстившего таким способом за отказ выдать за него замуж Ярину.

– Жена, говоришь? Громкие слова. Князь Кир тоже их не опасался, только ничем хорошим это не закончилось. – Сжал собственную бороду Дикой. – Принц, значит... Так и знал ведь, что от этой падали беда пришла, думали, может, разозлил кого, пока под защитой князя нашего был и в его доме жил, вот с князя и спросили. А оказывается, он беду привёл...

– В любом случае, Ираидала, или теперь Ярина, моя алири, моя пара и мать моих детей. – Настает самый важный момент. – Я прошу тебя, борг Дикой, передать князю Ярому мои слова. Я не знал и не имел никаких оснований предполагать, что попавшая в мой гарем девочка, это княжна Ярина. До разговора с князем я и не знал, что кто-то выжил из княжеской семьи, кроме него. И я рад, что целительница не ошиблась, и он не одинок. Но отдать ему своё сердце, я тоже не могу. Я хочу, чтобы он знал, что ниточка, что тянется от его сердца, заканчивается не только дочерью его брата, но и двумя детьми, родными ему по крови, и третьим, принятым его племянницей. В день окончания войны он велел мне передать моему львёнку, что его рык услышали даже в северных горах. Сейчас я говорю, что его голос долетел до родных мест его матери. И двери моего дома открыты для князя, его ждут в доме, где откликнулась его кровь.

Я произнёс ритуальную фразу, почти клятву, признания родства по крови. Тем более, что у императорского и княжеского рода есть, как оказались, общие побеги.

– Всё? – прищурился Дикой.

– Нет.