Пробудившая пламя

– Пояснила я, вспоминая как рыдала, уткнувшись в колени Фарли, Ираидала после того, как вернулась после этой встречи в свою комнату.

– Вот значит как... Хм. – Задумчиво произнесла Лайна, пока я рассматривала в зеркале своё отражение на фоне росписи стен.

Мастер так передал движение ветвей на ветру, что казалось, что ты просто уснула под удивительным деревом. Потому что вся листва на ветках была зелёной. Лари императора воспользовалась тем, что я отвлеклась, и одним движением сорвала с моей шеи шарф, который был уложен крест накрест и полностью закрывал шею и грудь. Теперь тонкая цепочка с изумрудными капельками, что удерживала края верхнего платья на груди лежала не на перекрестье шарфа, а на моей груди, чуть выше линии выреза. Капельки-подвесы шевелились при каждом движении, притягивая взгляд.

– А... Может не надо... – попыталась вернуть шарфик на место я.

– Уже некогда исправлять. Мы опаздываем. – Уверенно заявила лари и взяла меня за руку.

В светлом зале с большими окнами, наполнявшими комнату свежестью и легким ветерком, нас уже ждали император и оба его сына. Мужчины что-то обсуждали, но наше появление прервало все разговоры. Оман словно застыл, полуобернувшись к нам. Его глаза раз за разом оглядывали меня с ног до головы.

– Сынок, вдох, а теперь выдох. Вдох – выдох, дальше без подсказки справишься? – голосом полным ехидства спросил его император. – А то не дышать это плохая идея. Дыхание оно жизнь, сынок!

– Извините, что опоздали. Я еле уговорила Ираидалу отказаться от своего походного костюма. – Присела в поклоне перед императором его лари.

– Ничего страшного, моя драгоценная. – Улыбался ей император, помогая устроиться за низким столом.– А ты жестока, дорогая.

– Мне положено, я же мачеха. – Таким же еле слышным шепотом, ответила императору на последнюю фразу Лайна.

Как и везде, в императорском дворце ели, сидя на полу, на специальном возвышении. Лайна сидела рядом с императором на торцевой стороне. По левую руку от неё сидела я, а напротив меня оман, дальше Файрид. Из-за разницы в росте, получалось, что оман смотрит на меня сверху вниз. Чуть наклонившись вперед, чтобы не испачкать платье во время завтрака, я успешно создавала конкуренцию блюдам на столе. Под пристальным и неотрывным взглядом омана, я чувствовала себя неловко. Впрочем, не только я обратила на эти взгляды внимание.

– Дорогая, ты решила, что Берс слишком привередничает в еде, поэтому решила сделать так, чтобы ему было не до еды? – улыбается император.

– Даже и не собиралась. К тому же твой сын явно не обделён, скажем так зрелищами. У него же целый гарем. – Опустила глазки лари.

– Лари прекрасно знает, что единственная женщина, что одаривала меня своим вниманием в последние месяцы, это война.