Дела эльфийские, проблемы некромантские

 — Так иногда делают. Помимо собственно ключа, нужно еще заклинание-ключ. Мы им не воспользовались, и сработала ловушка.

— Я ослепла? — голос девчонки задрожал, но выдержка ей не отказала. Пока что.

— Вряд ли. Не думаю, что кто-то будет столь кардинально наказывать пытающихся сбежать. Скорее всего, через пару весок или дней заклинание само развеется. — Кай вдруг решительно подхватил эльфийку на руки. — Идем уже.

Реакция Никтаэль, точнее, ее полное отсутствие меня поразили до глубины души. А где возмущенные вопли? Брыкания и лягания? Обещание четвертования за неуважительное отношение к особе багровых кровей? Что происходит в этом мире…

Я абсолютно уверен, что наш безумный план не был бы столь успешным, если бы сами вампиры не соблюдали этот дурацкий закон насчет запрета появления на улицах после заката. А стража, сколь бы многочисленной она ни была, не может одновременно контролировать каждый переулок. Так что, зная, чего ожидать, и послушно пропуская мимо себя патрули, мы добрались до тюрьмы. Остановились и дружно почесали в затылках. Лично мне вспомнилась детская загадка: дом без окон, без дверей, полна горница людей. Тот, кто отвечает, что это огурец, просто не видел аркхарской тюрьмы. Приблизительно четырехэтажное квадратное здание из серого кирпича с полным отсутствием вышеозначенных отверстий. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что некое подобие окон все же существовало: стена была местами прорезана длинными горизонтальными щелями, обеспечивающими, вероятно, приток воздуха внутрь. А вот дверей не было.

— Что будем делать, господа? — поинтересовался Саэл.

— Не войти, не выйти… — пробормотал я.

— Если бы мы знали наверняка, где он находится, выход я бы обеспечил, — хмыкнул Кай.

Я задрал голову вверх. А что? Если эти дырки воздух пропускают, то, значит, и звук. И если этот балбес сейчас не дрыхнет, то у нас вполне может быть шанс до него доораться. Это не более идиотски, чем все то, что мы уже предприняли прежде.

Спустя десятка ударов сердца я понял, что мне решительно нравится город, где никому нет дела до четверых полудурков, наворачивающих круги вокруг места заключения преступников и то и дело вопящих: «Ги-и-ил, морда твоя полуэльфийская, ты где?!» Вернее, вопил я. Остальные решили, что они лучше побудут просто полудурками за компанию.

— Тим? Ты, что ли, остроухий, разорался среди ночи? — вдруг едва слышно донеслось до нас из-за стены.

Мы с Каем облегченно выдохнули. А Саэл поспешил нас «утешить»:

— Остается надеяться, что его сейчас не допрашивают в присутствии нескольких магических дознавателей.

Кай опустил Никтаэль на землю, и тут же прозрачную ночную тишину прорезал звук пощечины.

— А руки распускать тебе никто не разрешал, — безапелляционно заявила эльфийка.