Дела эльфийские, проблемы некромантские

Никтаэль? Любит кого-то? Всем шуткам шутка.

— Любит, ага, — в голос рассмеялся я. — Ну просто жить без меня не может!

— Она же разыскивает вас, — уточнил эльф, не понимая причины моего веселья.

— Чтобы продолжить доводить до белого каления, — согласился я. — Это не любовь, это чувство собственности и обида за нанесенное ей побегом оскорбление.

Мы с Гилом согласно чокнулись. Саэл укоряющее вздохнул:

— Господин, мне кажется, вам стоит приостановить столь бурное потребление…

— Чего он говорит? — не понял полуэльф.

— Пить, говорит, хватит.

— А! Давай споем тогда, что ли?

— Дорожную?

— А хоть и дорожную.

Внушительно прокашлявшись и тем самым заставив заткнуться весь народ в таверне, мы затянули на два голоса: гиловским глубоким и моим хрипловатым. Звучало это, должно быть, немного дико, но проникновенно. Иначе с чего бы им всем так на нас пялиться?

Вилейский лес и корханнская степь,Дорогу мы протопчем в золе,Вдали туман, Серебряный кряж,И солнце наше, и мир весь наш.Мы с гномом выпьем, с эльфом споем.Зачем нам жены, зачем нам дом?За Черным мысом не дремлет Страж,А море наше, и ветер наш.Шагаем вдаль по забытым краям,И грозы путь освещают нам…Хей вы, телларды,[44] на абордаж!И небо наше, и воздух наш…Нам бурно поаплодировали гномы, скупо вампиры, люди так вообще испуганно забились по углам. Впрочем, они такими были еще и до того, как мы начали петь.

— Хорошо, — вздохнул Гил и опрокинул в себя остатки эля.

Я окинул взглядом опустевшие тарелки-кружки и решил, что пора спать. Саэл поддержал не только это благое начинание, но и меня, когда я вознамерился уронить стул, стол и парочку недорослей.

Однако полуэльф вдруг бодренько направился в совершенно противоположную сторону, то бишь к выходу.

— Ты куда?

— Пойду… воздухом подышу, — не оборачиваясь, ответил он.

Путь до чердака показался мне бесконечным, а поэтому я рухнул на кровать и сразу провалился в сон, стоило нам попасть в комнату.

Разбудило меня звонкое, чересчур звонкое, даже практически громогласное «ой!» и последовавшее за ним шелестящее «ты чего?». Я распахнул глаза. Потребовалось несколько ударов сердца, чтобы понять, что разговор ведется отнюдь не у меня над ухом. Просто слышимость в чердачных номерах оказалась хрустальной. Видимо, трактирщик сильно поскупился, когда ставил перегородки.

— Сережку обронила!

— Так подними.

— Я не знаю, где именно, но ее нужно найти!

— Предлагаешь повторить весь наш двухмесячный маршрут в поисках одной жалкой побрякушки?

— Нет, — голос зазвучал по-детски капризно. — На подходе к этому клоповнику она еще была на мне!

— Или на входе в город. Или на въезде в Аркхарию…

— Нет! Я точно потеряла ее уже здесь, и найти ее нужно! — последние три слова эльфийка буквально отчеканила."

"Узнаю сестренку Локсли.