Проблема майора Багирова

На самом деле я была слабее новорожденного котенка, а Ярослав просто не хотел применять ко мне силу.

Мы с Яром заходили намного дальше поцелуев, он видел меня топлес, ласкал грудь, но даже случись между нами близость, я не хотела бы, чтобы он видел меня в таком виде – внизу на мне ничего кроме катетера.

— Я сама, — умоляюще глядя на Яра. Ну не хочу, чтобы он меня видел такую.

— Оставь нас на минуту, — не глядя на Светку.

— Еще чего, — фыркнула возмущенно. — У меня что, дел больше нет?

— Веру позови и свали! — Яр своим командным голосом кого угодно может заставить дрожать от страха. Светка, бросив в лоток шприц, вылетела из палаты.

Секс – не повод стать друзьями. С одной стороны, мне было приятно, что он с ней не церемонится, разговаривает, как с абсолютно посторонним человеком, с другой стороны, я понимала, что Ярославу скоро придется вернуться к ребятам, а эта зараза начнет отыгрываться на мне. Сложно воевать на равных, когда ты похожа на мумию.

— Если бы я лежал сейчас раненым, ты ухаживала бы за мной? — спросил Ярослав, как только Светка вылетела из палаты.

Ну что за глупый вопрос? Если откинуть в сторону мою профессию, которая как раз и подразумевает ответ на этот вопрос, и опираться только на чувства, то все равно ответ однозначный:

— Конечно!

— Как бы ты себя чувствовала, начни я от тебя прятаться и говорить, что справлюсь сам? — в очередной раз убеждаюсь, что Ярослав тот еще психолог. Их не только стрелять и врать учили, а еще убеждать и гипнотизировать. Почувствовала себя виноватой.

— Это другое. Я медик… — не очень уверенно.

— Ты моя любимая женщина, Аля. У нас в этой жизни все на двоих: и горести, и радости. Прекращай меня стесняться.

— Яр, я все понимаю, но не могу так.

— Кто у нас тут не желает лечиться? — отодвигая в сторону брезент, в палату вошла Вера.

Казалось, старшую медсестру я не видела сто лет. На моем лице расплылась улыбка, а Вера уже подошла, отодвинув в сторону Яра, крепко сжала в своих руках мои пальцы. Локоть у меня был перебинтован, при резком движении рана отзывалась болью.

— Ты иди, погуляй, мы тут сами справимся, — улыбнулась старшая Багирову. Я не верила своим глазам. Вера тепло и по-доброму разговаривала с Яром. Она ведь его терпеть не могла.

Багиров какое-то время помялся у изножья кровати, потом, кивнув Вере, оставил нас наедине.

— Ну и напугала ты нас, девочка, — мотая головой, произнесла Вера. — Борисыч, когда тебя увидел, слезу пустил, дрогнуло сердце старого хирурга. Себя он винил, да и я винила себя, что отпустила от себя. Но больше всех твой с ума сходил, — кивнув в сторону выхода. — Он за своих ребят всегда горой, а тут сразу все поняли, что любовь у вас. Никогда его таким безумным не видела. Он с Борисычем поругался, со штабными сцепился.