Проблема для некроманта

Я тоже подлетела, готовая, если что, сматываться как можно быстрее, но он рухнул обратно на стул, уронив голову на руки.

– Пятнадцать человек. Я убил пятнадцать человек.

О чем он? В следующий миг до меня дошло.

– Нет.

Я обняла Винсента, прижав его голову к груди, провела ладонью по волосам, словно он был мальчишкой, ревущим на заднем дворе детодма. Никогда не понимала этого «мужики не плачут». Не плачут – и умирают от инфарктов в сорок лет. Хотя Винсент тоже плакать не будет. Только колотило его так, что я заметила бы, даже не прикасаясь.

– Не ты, – сказала я, продолжая обнимать, словно могла отгородить его и от дурных мыслей, и от горя. Он же знал их всех, учил, работал, приятельствовал. А до того погиб Ивар, его друг, Винсент потерял столько дорогих людей за одни неполные сутки. Тут впору с катушек съехать, не только напиться. – Не ты. Тот, кто устроил ловушку на крови твоего друга. Тот, кто убивает некромантов Джеима.

Винсент отчаянно замотал головой, но не отстранился – наоборот, обхватил руками мою талию, привлекая к себе. Словно я в самом деле стала единственной преградой между ним и его чувством вины.

– Это я велел перенести тело Ивара из его дома в мертвецкую факультета. Хотел разобраться как следует. – Он горько рассмеялся в мою рубашку. – Разобрался, ничего не скажешь.

– Но не ты поставил ловушку, – настаивала я. – Не на твоей совести эти смерти. Откуда тебе было знать?

– Я должен был знать! Должен был подумать, что после того, как остались только я и студенты, проще ударить так, чтобы накрыть всех раз… – Он вздохнул длинно и неровно, не договорив.

– Задним умом все мы крепки. Если бы ты не перенес тело, если бы сам попытался поднять – кому было бы лучше? Тебе?

Он не ответил, я тоже не стала больше ничего говорить. Все равно не найти слов, которые помогут. Может, будь я профессиональным мозгоправом, сообразила бы, что делать. Но я так толком и не научилась общаться с нормальными людьми. Что говорят в таких случаях? «Мои соболезнования»? Как будто они кого-то вернут или на самом деле утешат. И потому я просто продолжала обнимать Винсента, легонько перебирая пальцами его волосы. Дрожь, которая била его, постепенно стихла, но он не торопился отстраняться, наоборот, сильнее сжал мою талию, словно ему казалось, что стоит чуть ослабить руки – я исчезну.

Наконец, снова длинно и неровно вздохнув, он попытался выпрямиться. Я нехотя разжала объятья, положив ладони ему на плечи. Винсент посмотрел мне в лицо.

– Ты спрашивала, кому было бы лучше, если бы я сам попытался поднять тело Ивара у него дома. Тебе.

– Нет! – вырвалось у меня.

– Да. – В его голосе появились какие-то исступленные нотки. – Вполне возможно, что, достав меня, убийца оставил бы в покое студентов – недоучек. Но даже если и нет, ты – женщина.