Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)

И вот, ровно десять лет назад, когда ему «стукнуло» сорок восемь лет, жизнь Ботильда круто изменилась вновь, ибо он, став частью «Замысла»…за неприличествующие его сану деяния был этого самого сана лишен, а затем…его «попросили» вернуться в Швецию, обустроиться там и ждать дальнейших указаний.

И он вернулся, причем не просто на Родину, а в то же самое место, где провел детство и отрочество. Бабка уже давно преставилась, и дом вместе с небольшим клочком земли на отшибе деревни, практически в лесу, естественным образом достался ему.

— Мне здесь нравится…теперь нравится…не видно всех этих свиных рож!"

"Выкупив вокруг еще немного земли и снеся халупу бабки, он отгрохал себе огромную по здешним меркам домину, к вящей зависти и раздражению соседей (что до сих пор, спустя года, доставляет ему ни с чем не сравнимое удовольствие). И все эти годы занимался вполне мирским делом — торговлей, завозя в Швецию товары из Южной Америки. А затем пришло указание. От кого?..

— Да черт его знает! Знал бы наверняка, то после разгрома группы Марека на хуторе фанатиков меня бы сразу «зачистили»! — произнес он вслух, однако слукавил, даже будучи наедине с самим собой.

Он был практически уверен, от кого именно приходит «особая корреспонденция», которая и отношения-то к Церкви не имеет вовсе, как и он сам теперь. Формально, по крайней мере. Однако догадки к уголовному делу не пришьешь.

Как бы там ни было, но Ботильду вновь поручили обстряпывать те делишки, которые к Церкви никакого отношения не имеют, разумеется. Не может добрая Церковь заниматься ничем подобным. Он, в числе прочего, стал куратором нескольких боевых групп, работая на «русском» направлении и отвечая за претворение в жизнь приказов из «особой корреспонденции».

— И если бы в этот раз все закончилось, как обычно, успешно…если бы «Юный лорд и Ведьма» завершился согласно сценарию…то меня призвали бы в Ватикан…вернули бы сан…дали бы власть… А теперь⁈ Что со мной будет теперь⁈ — сделав несколько могучих глотков, он поставил кружку на стол и прикрыл глаза ладонью.

После произошедшей неудачи, «особая корреспонденция» приходить перестала. А это, вероятнее всего, означает, что о каких-то карьерных перспективах он может забыть. Церковь ошибок не прощает.

— Это за тем мне пришлось пережить все это…дерьмо воловье⁈ — обращаясь к звездам, возопил Ботильд, перед глазами которого калейдоскопом пронеслось все то, что он так долго старался позабыть. — Чтобы обо мне забыли и бросили здесь как попользованную шлюху⁈

Однако пятидесятивосьмилетнего Ботильда беспокоило не только это.

Его начал душить страх, из-за которого он, собственно говоря, и пребывает в многодневном запое.

— Не-е-ет… Марек совершил самоубийство. Это известно наверняка.