Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)

На моем лице сейчас было то выражение натурального ужаса и отвращения, которое вполне может быть у нормальной девицы возраста Кайи при виде подобного кошмара.

…а значит, виртуальный сервер с компроматом у него таки имеется.

Если Александр ищет не его, то… Что тогда?

Тем временем Блумфельдт, подобрав с пола лист и убрав его во внутренний карман пиджака, внимательно изучал мою физиономию. И судя по всему…хотя нет…

— Похоже, что актриса из тебя тоже хоть куда… — произнес он.

…гарантированно обмануть его у меня не вышло.

— … однако убедительно врать тебя пока еще не научили. Не забывай Филатова, ты среди «знатных», а в нашем кругу умение безупречно лгать — основное!

— Лучше скажите, что это за ужас вы мне продемонстрировали⁈ — возопил я, а охрана моя вся подобралась.

— Барышня, что происходит? — один из охранников прервал свое молчание.

— Да! Давай, Филатова, расскажи им обо всем! Performance (*фр. представление — примечание автора) и эмоции будут просто нереальными, гарантирую!

Произнеся это, Александр заливисто захохотал, напоминая теперь опереточного злодея. Отведя от меня взгляд, он уставился на танцпол, а затем, вновь уперев взор в мою физиономию, продолжил:

— Или давай-ка я сам обо всем им сейчас расскажу! Хочешь?

Это, и правда, ставка на «зеро»! Александр, похоже, действительно пошел ва-банк! Учитывая, что ему доподлинно известно об утечке компромата, то весь вопрос состоит только в том: кто и когда первым использует его, как именно, а также в какой мере?

То есть у компромата появился вполне реальный срок годности. И у того, кто не успеет вовремя воспользоваться им, на руках останутся лишь виртуальные файлы сомнительного содержания, не несущие в себе, однако, никакой разрушительной силы.

— Александр Генрихович не станет причинять мне вреда… — сказал я охране, а затем обернулся на бывшего потенциального любовничка. — Не станет ведь?

Тот, пожав плечами и сделав картинный жест рукой, ответил:

— Это примерно последнее, что я стану делать.

— … а потому, могу ли я попросить вас, господа, позволить нам с господином Блумфельдтом переговорить чуть более приватно?

Этим людям я никакое не начальство, а лишь объект, который необходимо защитить любой ценой, так что, вероятнее всего, от них я услышу «нет», ибо никто не захочет рисковать своей карьерой, а возможно, и свободой, ради моих прихотей.

Однако, как и в случае с метрополитеном, охранники пошли мне навстречу. Один из них вышел из «аквариума» и встал с другой стороны двери. Другой же…

— Господин Блумфельдт, имеется ли при вас какое-либо оружие?"

"Александр уставился на него долгим немигающим взглядом, словно бы змей, а затем встал и, не произнеся ни слова, неторопливо прошел к дивану, стоящему у дальней стены.