Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)

— Алена Сергеевна… — обратился судья к секретарю, — будьте так любезны, вызовите, пожалуйста, для меня врача, а то что-то сердце у меня прихватило…"

"Короче говоря, судью, категорически не желавшего участвовать во всей творящейся фигне, а главное — заиметь затем вытекающие из этого последствия, увезли на «скорой».

Ну а далее начались длительные метания участников всего этого балагана и поиск того несчастного, кто наконец решил бы, как со мной поступить.

Дело осложнялось еще и тем, что решать мой вопрос должен был не абы кто, ведь Кайа Филатова — лицо дворянского сословия, а значит, судья из более низкого сословия заниматься моим делом не имел права. «Знатные» же судьи…

Дежурный судья, который, по идее, и выписывал постановления на арест всяческих «знатных» балбесов, симулировал сейчас сердечный приступ и был увезен в больницу, а те из судей, кто вел прием в другие дни, со слов моих адвокатов, прибыть на службу отказались, также сославшись на нездоровье. У них здесь прямо вредное производство какое-то.

Иные же судьи, не дежурные, вели свои процессы и им моим делом заниматься было совершенно недосуг.

В общем, после долгих мытарств всех участников данного действа, меня отконвоировали на седьмой этаж, в кабинет номер 702, на двери которого висела золоченая табличка: «Его Сиятельство Председатель Петербургского уголовного суда Рихтор Якоб Вольфович» (с дублированием на немецком языке).

И в тот самый миг, когда меня и всю нашу честную компанию пригласили пройти в кабинет к Якобу Вольфовичу, на сцене нашего балагана объявилась одна из Вениаминовых, мать убитого бретёра и его подстреленной мной младшей сестры. Эта весьма колоритная пожилая уже женщина, быстрым шагом направлялась в нашу сторону, а ее шикарная шуба была нараспашку. Пребывала она явно не в настроении. Впрочем, а какое может быть настроение у женщины, у которой вот только что убили сына и очень серьезно ранили дочь?

И пришла она не одна, но явно по мою душу, хотя на меня даже и не взглянула.

Или нет?

Ее дочь! Готов поставить рубль на то, что женщина эта примчалась сюда спасать свою дочь, вот зачем она здесь!

Молодая Вениаминова совершила тяжкое уголовное преступление, напав с оружием своего братца на моего папеньку, и теперь, когда и если она все же оправится от ранения, то всенепременно будет осуждена и наверняка получит реальный срок. Если только…

Если только «добрые» люди, стоящие за всем происходящим, не подсказали этой женщине, какнеобходимо действовать, чтобы ее доченька смогла уйти от наказания. Что ж, с ее стороны некая юридическая атака на меня лично вполне укладывается в канву происходящего…

Я почему-то убежден, что подобный дурдом происходит на памяти Якоба Вольфовича впервые.