Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)

— Как бы там ни было, но Василий мой родственник, а не какой-нибудь ничтожный таракан. Не забывайся, пожалуйста, Мэри. — шепотом отчеканила каждый слог королева.

В помещении на мгновение установилась полнейшая тишина, ибо все присутствующие были в курсе непредсказуемого характера королевы, когда и если дела касались родственников. Ее родственников.

— Я неправильно подобрала слова, прошу у вас прощения, Ваше Величество. — опустив взгляд на стол, также шепотом ответила леди Сью. — Впредь я буду…аккуратнее в своих выражениях.

— Извинения принимаются. Продолжай. — ответила Анна, подумав о том, что здесь должно быть нечто глубоко личное, ибо Мэри, как всем известно, отличается умением прекрасно выбирать выражения сообразно ситуации, и раз уж она сказала то и так, как сказала…

— Так вот… — бесстрастным тоном продолжила докладывать леди Сью, — мы ликвидируем великого князя во время посещения им китайского города Тяньцзинь, в июле или в августе этого года, точную дату мы выясним позднее, по случаю завершения строительства и ввода в эксплуатацию их крупнейшей флотской базы на территории Китая. Сделаем это при помощи новейшего и совершенно секретного японского оборудования. Никто такого не ждет. Этой ликвидацией мы, что называется, одним камнем перебьем всех зайцев на полянке у наших недоброжелателей. Василий не просто один из членов правящего в России Дома. Некоторые говорят, что он человек номер два в государстве, но с этим утверждением я готова поспорить.

— Действительно, Василий считает Федора более пригодным для управления государством человеком, нежели он сам, и, следуя собственным убеждениям, он отказался от короны в пользу брата. Немногие бы так поступили на его месте… — задумчиво произнесла Анна, когда Мэри прервалась, дабы налить себе воды. — Старший брат имеет на царя очень большое влияние.

— Гораздо большее, чем принято считать. — отпив воды, заметила Мэри, продолжив затем. — Царь замечательный управленец и экономист, хотя и военное образование он также получил, но… За все то, что касается темы нашего сегодняшнего разговора, отвечает Василий. Его можно назвать центральной фигурой во всей архитектуре дальневосточной стратегии русских. Он ее архитектор. Но он, также, не только лишь теоретик. Вдобавок ко всему прочему он еще и практик. Царь поручил ему воплотить в жизнь его же стратегию. Все те фингалы, фигурально выражаясь, что мы уже получили за последние два десятилетия и которые нам еще только предстоит получить от русских в Азии — это, так или иначе, дело его рук! Этот человек, без всякого преувеличения, гений. И очень деятельный гений, черт бы его побрал! Такие люди, как он — штучный товар и второго человека подобного калибра в обойме у русского царя попросту нет.