Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)

— А кто, по вашему мнению, Кайа, мог совершить, в отношении тех двух Воспитанниц Пансиона, такую низость? Были у них, какие-либо, известные вам недоброжелатели?

— Что касается того, были ли у них недоброжелатели или нет, то доподлинно это мне неведомо, — вновь пожал плечами я, — но! Татьяна, Глава Совета Старшеклассниц, бывшая уже, была очень принципиальным человеком, когда это не касалось лично ее и крайне нетерпимо относилась к чужим недостаткам и таким образом, я полагаю, нажила себе массу недоброжелателей. Что же до ее… подруги, то, хоть я лично и не была с ней знакома, но слышала, что она была Художницей огромного таланта, а талант, как всем известно, порождает зависть окружающих. Что же до того, кто именно мог это проделать — да кто угодно! У нас же, господин Следователь, женский Пансион и хоть его территория велика, но все друг у друга на виду, все за всеми наблюдают и все обо всех сплетничают. Я почти уверенна, что для некоторых Воспитанниц, особенно их числа тех, которые в Пансионе учатся уже давно, «нестандартные» отношения Татьяны и ее Художницы, — «бабуля» вновь неодобрительно прокашлялась, — не были секретом.

Следователь замолчал, «переваривая» услышанное, а мой адвокат, глядя на меня, вновь слегка постучал по столу мизинцем."

"— Почему вы решили, — спросил, наконец, Следователь, — что для некоторых Воспитанниц, как вы выразились, их отношения могли не быть секретом?

— Татьяна, после всего произошедшего, устроила публичную «деанонимизацию» известных или предполагаемых ею подобного рода отношений, между иными Воспитанницами, а раз так, то надо полагать, что другие также могли знать о ее собственных «грешках».

— У вас там, что, такого много, в вашем Пансионе? — не удержался, от вопроса ведший Протокол допроса полицейский.

— Такое иногда вполне может происходить, — ответила тому психолог, — учитывая «закрытость» заведения и то, что там учатся подростки, у которых бушуют гормоны, мальчиков-то у них там нет.

— Ясно, — ответил Следователь, взглядом своим давший понять, чтобы эти двое — заткнулись и не влезали, когда их не просят.

— А вы, Кайа, — обратился он ко мне, — знали об их отношениях?

— Нет, я не знала, — ответил я.

В этот момент принесли мой ВЭМ, который, вместе с переданным лично мною видеофоном, отдали технику, а Следователь, на камеру заявил, что сейчас будет производиться некое «инспектирование» личных технических средств свидетельницы, а именно, ее ВЭМа и видеофона.

Моему адвокату и «матушке», вновь потребовалось подписать некий документ.