Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)

Тогда бы и не оказался здесь…» — раздался его шепот, когда кашель, наконец, прекратился. — «Ну что, играем еще в шахматы?»

«– Минуту».

Несколько мгновений поколебавшись, я сунул таблетку в рот и запил ее кефиром, а затем оставшиеся две.

Таблетки прошли легко, так что прав оказался соседушка, которого той же ночью увезли в реанимацию и более его я уже не видел.

— Именно. — голос Государя вернул меня в реальность.

— Вы любите кефир? — поинтересовался я, переведя на царя взгляд.

— Кефир? — удивленно воззрившись на меня, переспросил царь, добавив. — Пью иногда, а что?

— У кефира вязкость и плотность высокие, а не как у воды. С ним проглотите пилюли любого размера и даже не заметите этого. — практически буква в букву процитировал я соседа по палате смертников оттуда. — Точно говорю! Если, конечно, ваши лекарства сочетаются с кисломолочными продуктами.

— Вот как? — с сомнением спросил царь, добавив. — На столе колокольчик, позвони.

Взяв со стола небольшой серебряный колокольчик, выполнил требуемое, а уже пару мгновений спустя отворилась дверь, и в помещение вошли адъютант и старик.

— Таблетки вместе с кефиром уживаются? — спросил Государь.

— Д-да, Ваше императорское величество. — ответил тот. — Уживаются.

— Распорядись тогда, чтобы мне подали кефир! — велел царь своему адъютанту.

Несколько минут спустя.

— Гляди-ка, ты права оказалась! — заявил явно повеселевший Государь после того, как все же проглотил таблетки и утер платком кефирные «усы». — И ведь не нашлось же никого, кто бы раньше подсказал такую простую штуку! Вот же…

Вряд ли запивать кефиром таблетки стало здесь актом прогрессорства с моей стороны. –подумал я, тактично умолчав о том, что Государь просто ни с кем не делился этой своей печалью.

Он опять полуулегся, а взгляд мой снова упал на его подушки. Здоровенные такие пуховые (на вид) подушки, три штуки.

— Это тебя, что, Вениамин Петрович надоумил поговорить со мной о медицинской койке? — поинтересовался Государь, проследив за направлением моего взгляда."

"Значит, понял ход моих мыслей. Что, впрочем, совсем неудивительно. Глава государства, опытный политик. — подумалось мне, а затем из моей памяти всплыло написанное Кристиной. — « Государь болен, уже довольно давно, но сейчас, после того как убили Сашку, Ему стало хуже. Намного. Каждую ночь Он теперь мучается от астматических приступов и засыпает лишь под утро. Он стал крайне мнителен и Ему повсюду мерещатся заговоры, измена и предательство».

Значит, ночью нормально дышать и спать император может только в таком вот положении. И вынужден делать это на столь неудобных подушках. Судя по всему, не только здесь, но и во дворце.