Про то, как вредно спасать драконов

Да где же источник? И вообще, зачем я туда иду? Не надо мне этого! Но любопытно же. Не хочу! Там, скорее всего кто-то кого-то прирезал, и это не мои проблемы. К упырю все. А если там кто-то выжил? Нужны мне эти острые ощущения под ребрами за излишнюю любопытность? Нет, но что-то заставляет двигаться дальше. Какое-то неясное чувство глобальных перемен.

К запаху крови примешался запах магии. Не все могут чувствовать эту смесь, даже не все лекари могут улавливать аромат чужой Силы. Таких сенсоров как я на факультете от силы человек десять-пятнадцать. Вдыхая полной грудью, аромат чужой магии, понимаю, что где-то его уже встречала.

Останавливаюсь и осматриваюсь. Впереди тупик, по бокам отвесные стены жилых домов, средний класс, между прочим. Смотрю под ноги. Кровь. Очень много крови. Все. Меня переклинило.

Дальше тело. Подхожу к нему. Осматриваю. Эльф. Чистокровный мертвый эльф. Большие, очень большие проблемы.

За одного своего, эльфы вырезают целые поселения наших.

— Мать моя кроль драконов, папа некромант, — грязно выругалась я.

Так, без паники. Не то что бы я испытывала страх, но волнение, поднимающееся из глубин сознания, явно мешало осознать проблему. Думай, Сана, думай! Врядли они на столицу пойдут, им же не нужна война? Будем на это надеяться. Значит, последует расследование. Я беспомощно огляделась, ни в одном ближайшем доме света нет. Хорошо. Горожане спят.

Что делать? Вызвать помощь? Бежать? Прятать тело? О Равновесие, о чем я думаю! Стоп. Что-то не так. У мертвых эльфов кровь, что та кислота. А уходящая жизненная энергия должна была разнести хотя бы брусчатку вокруг тела к крысодлачей матери. Жив. Жив! Наклоняюсь, осматриваю и сильно ругаюсь. Лучше бы умер. С такими ранами… если его сейчас лечить, то, скорее всего, сама с ним рядом лягу. И не известно еще выживет ли он.

У меня как всегда, мозг думает, а руки рефлексируют, то есть ощупываю его раны, проверяю зрачки, наличие артефактов, я не мародерствую, просто некоторые артефакты с целительством совместимы так же, как Ларик с обетом воздержания. Пульс — есть. Зрачки… какие к упырю зрачки у эльфа без сознания?!

Всегда носила собой набор на крайний случай, принялась его потрошить. Кровь эльфа начала жечься. Умираешь? Эй, не смей!

— Слышишь, лопоухий, только попробуй здесь сдохнуть, я из тебя чучело сделаю. Хочешь умереть, вали в другое место. Здесь умирать нельзя, таверна Ражека рядом. Мы же не хотим, что бы два ближайших квартала твои сородичи в особо изощренной форме отправили к Равновесию?

Я всегда разговариваю с пациентами. Не для того чтобы им было легче, зомби с ними, зачастую они меня даже не слышат. Это нужно мне. Я себя на необходимый эмоциональный фон настраиваю.

Ощущение опасности теперь уже не беспокоило своей монотонной бубнежкой.