Пряник с черной икрой

Глава 27

– Котопсина напала на консьержку? – уточнил Макс.

– Нет, – возразила я, – села ей на плечо. Кусать не стала, физического вреда не причинила, но… описала девушку. И, сделав пакость, сразу умчалась.

– Вот те на, – протянул муж.

– Я отправила Нату в душ, – сказала я, – а пока она мылась, мне пришлось сгонять в торговый центр у метро. Купила ей джинсы, пуловер, белье. Сто раз извинилась перед ней. Ну очень неудобно было! Наташа, правда, говорила: «Зачем вы деньги потратили? Шмотки отстираются. И вы ничего плохого не сделали, зверушка маленькая, котеночек, они всегда хулиганистые».

Макс отрезал кусок сыра."

"– У консьержки золотой характер. Другая на ее месте могла бы потребовать и наряды, и мзду. Надеюсь, такое поведение не войдет у Генриетты в привычку.

Я посмотрела на главную героиню моего рассказа, которая сидела у стола, преданно глядя на Вульфа.

– Ты рассказывала о своем визите к Ольге, – напомнил муж. – Эпизод с пописом исчерпан, продолжай про Венькину.

– Ладно, слушай. Когда я ушла от нее, меня догнала во дворе горничная. Она спросила: «Хотите расскажу, почему от хозяев все работницы убегают?» Конечно, я согласилась и услышала следующее…

…Ольга, ее брат и его жена очень хорошие люди. С прислугой любезны, вовремя отсчитывают деньги, обещают оплачиваемый отпуск, человека не лишают зарплаты, если он пропустил работу из-за болезни, штрафов за разбитую посуду или испорченные вещи не предусмотрено. Валентина один раз постирала свитер Оли в машине, и тот стал размером на мышь. Валя уже приготовилась лишиться немалого количества рубликов, но хозяйка только посмеялась и отдала свитер крошечной чихуа-хуа соседки. Собачка щеголяла в обновке, и все были счастливы. Одним словом, других таких хозяев днем с огнем не сыщешь.

Через неделю после того, как Валя появилась в доме, от Венькиных собралась уйти сиделка. Горничная удивилась и спросила у той:

– Почему вы решили сменить место? Мне кажется, что условия здесь райские. Там, где я раньше служила, хозяйский сын постоянно приставал ко мне, гости каждый день толпами являлись, прибавляя забот, а когда я случайно кокнула паршивенькую фаянсовую кружку, сумму из зарплаты вычли, как за дорогой сервиз. В этой семье нет ничего похожего. Да еще можно брать из холодильника любые продукты и спокойно есть их.

– Мне тут тоже по душе, – призналась медсестра, – но… надо уйти. И ты тоже свалишь.

– Ни за что! – отрезала Валентина. – Из рая не убегают.

Собеседница хмыкнула.

– Когда Тамара, которую я сменила, ту же фразу мне сказала, мол, и я быстренько уволюсь, я посчитала ее дурой. «Ничего, ты скоро все поймешь. Через месяц-другой», – добавила она.

Медсестра как в воду глядела.