Пряник и Пшёнка (СИ)

— Спасибо! — уткнулась я носом и полной грудью втянула тонкий аромат нежных лепестков.

— Всего доброго! — откланялся парень из доставки и сбежал вниз по лестнице.

Закрыв дверь, я повернулась к Артёму, не зная, что сказать. В основном хотелось пищать и между делом выкрикивать что-то нечленораздельное.

— Надеюсь, у тебя сохранился номер этого парня? — спросила я кокетливо, при этом не в силах оторвать нос от букета.

— Зачем он тебе? — спросил Артём, споласкивая руки под краном.

— Он мне цветы, всё-таки, подарил. Надо, наверное, на свидание с ним сходить. Симпотный такой."

"Артём буквально прожёг меня весьма говорящим взглядом. Взглядом, говорящим о том, что я сейчас огребу.

— Эти цветы заказал тебе я, — выронил Артём. Надвигаясь прямо на меня, смотрел мне в глаза.

— Тогда почему сам не подарил? — пришлось вскинуть подбородок, чтобы не потерять контакт глаз, когда Артём подошёл очень близко ко мне.

— У этих пацанов явно больше опыта в дарении цветов.

— Хочешь сказать, что ты никому еще не дарил цветы?

— Не приходилось.

Я млела от прикосновений Артёма к моей щеке и уху, когда она заправил за него прядь волос.

— А тут? — подставила я второе ухо.

Усмехнувшись, Артём запрятал локон и за второе ухо.

— Приятно, — шепнула я, жалея, что не умею мурлыкать, как кошечка. — А дальше что? Подаришь мне звезду?

— Звездопад, — произнес Артём и, мягко забрав из моих рук весьма увесистый букет, притянул меня к себе. Прильнул к губам и оторвал от пола, унося в свою комнату.

— Подожди, — остановился Артём, с трудом оторвавшись от моих губ. — Кое-что забыли.

— Что? — посмотрела я на него совершенно растерянно.

Артём усадил меня на край кровати и сорвал несколько белых лепестков с букета. Через локоть «посолил» меня ими и, оставив букет на комоде, произнес:

— Вот теперь приступим.

— Один-один, — хохотнула я, с предвкушением принимая тяжесть его тела.

Глава 24. Артём

Страх и абсолютное доверие — вот, что я вижу в глазах Оли в момент, когда мягко отстраняюсь, чтобы перевести дыхание и успокоить грохочущее в груди сердце.

Цепляю пальцами футболку на ней и тяну вверх. Оля без слов поднимает руки и даёт себя раздеть.

Машинально скольжу взглядом по острой сливочной груди и замечаю белесую полоску шрама слева.

— Значит, в тебя правда шмаляли? — касаюсь кончиками пальцев шрама и аккуратно его обвожу, наблюдая, как на светлой коже распускаются мурашки.

— Шмальнули пару раз. Забором, — усмехнулась Оля, пытаясь ненавязчиво спрятать грудь за углом одеяла.

— Нет-нет, — отбираю одеяло, откидываю его назад. — Это всё теперь моё.

— Харя не треснет?

Касаюсь розового соска губами. Оля вздрагивает, ловит меня за уши, намереваясь оттолкнуть, но сразу сдаётся, когда я провожу языком по твердой горошине.