Пряник и Пшёнка (СИ)

Словно забыв о моем присутствии, он с низко повязанном на бедрах полотенцем прошёл к шкафу, открыл его и на несколько секунд завис, прочесывая мокрые волосы пальцами."

"Что там так долго можно смотреть? Мальчики тоже, как девочки, долго выбирают трусы?

Пока он о чем-то размышлял, глядя на полки шкафа, я неосознанно разглядывала его сзади. Широкие, как у пловца, плечи, гладкая кожа, под которой, как у породистого жеребца, плавно и немного лениво перекатывались мышцы, пока он прочесывал черные волосы. Капли воды, стекающие вниз…

Как-то не сразу я заметила, что Пряник опустил руку, а в следующее мгновение без каких-либо сомнений сдёрнул с себя полотенце.

— Ты, блин, издеваешься? — резко зажмурила я глаза и спрятала лицо под одеялом.

— А ты пялишься, — бросил Артём с усмешкой в голосе. Через несколько секунд я услышала, как щелкнула резинка его трусов. — И какого хрена ты залезла в мою постель?

— Обыкновенного. Без бантика, — я хотела пошутить, но получилось, что выдала себя с потрохами, практически признавшись ему в том, что до сих ломаю голову над загадкой о бантике.

— Хренового, значит. Раз без бантика, — вздохнул Артём. Погасил в комнате свет и, к счастью, без каких-либо сюрпризов, завалился на кресло-кровать.

Теперь я бесстрашно показала голову из-под одеяла.

— Кстати, ты обманул, что между ними два метра. Тут метра-то нету.

— Пришлось сдвинуть, иначе кресло до конца не раскладывается.

— Мм, — протянула я и устроилась удобнее на подушке.

Лунный свет из окна падал прямо на Артёма, который не спешил закрывать глаза, и смотрел в потолок, плавно скользя по нему взглядом.

— Это твоя мама? — спросила я, намекая на фотографию, которая была на стене над его головой.

С фото на меня смотрела брюнетка с широкой и очень теплой улыбкой. Возможно, она смеялась в момент, когда ее фотографировали, а на коленях у нее был еще совсем маленький малыш Артёмка, который, почему-то, был чем-то недоволен и хмурился, глядя в кадр. Видимо, оттуда я началась его привычка хмуриться, пока другие веселятся.

— Да, — выдохнул Артём короткий ответ. Поднял руки и, кажется, машинально покрутил тонкое кольцо на мизинце правой руки.

— Мамино?

— Угу, — выдохнул он снова и завёл руки за голову.

— Она очень красивая. И папа твой красивый. Даже удивительно, как у них получился ты? Такой… на троечку, — улыбнулась я и вяло увернулась от прилетевшей в меня подушки.

— Ладно, ты самый красивый парень… в этой комнате. Пока в нее еще кто-нибудь не вошёл, — хихикала я тихо и притаилась, когда Артём встал со своего-кресла кровати и навис надо мной, вытягивая свою подушку из-под моей головы.

— По-хорошему, — шепнул Артём. В голосе его прорезались угрожающие нотки. Страшно не стало. Стало приятно.