Призванная для Дракона

Крейна несказанно повезло: он ее встретил. Мало того — узнал. Он стал у нее первым. Единственным…

Но лучше бы они никогда не встречались.

Отрешенно глядя в закрытую дверь, оговорил чужим, сиплым голосом, не вдаваясь в подробности, только факты. И в то же время спеша избавиться от внутренней боли, которая не желала его отпускать:

— Ей было семнадцать. Дочь какого-то купца из Ремнискейна. Я не слишком интересовался ее семьей. Все, что мне было нужно — это она.

— Как ее звали?

— Не важно. Ее больше нет.

— Как вы встретились?

— Это было после до того, как Илларион запретил нам посещать Бал Невест, так что я ее просто похитил.

Он почувствовал, как руки Таи слегка напряглись, и с усмешкой добавил:

— Что, не ожидала? Извини, но я не святой паладин, защищающий вдов и сирот. Я дёрг из проклятого клана. Мои предки похищали женщин задолго до того, как люди драконы заключили мир. И мои собратья продолжают это делать, только, в отличие от других кланов, Обсидиановые не спешат связывать себя узами брака, — закончил он с горечью.

— Из-за брачной вязи? — догадалась Тая.

— Да.

Не так-то просто связать себя обетами с той, что состарится и умрет раньше тебя, а ты будешь чувствовать ее угасание и умирать вместе с ней, физически оставаясь молодым и здоровым.

— Значит, ты просто забрал свою шинами в замок — и все? А как же ее родители?

Он через силу усмехнулся:

— В те времена я был лордом, владетелем всех земель Обсидианового клана, что простираются немногие мили вокруг. Принадлежать мне считалось большой честью. Человеческие девы готовы были выцарапать друг другу глаза за то, чтобы получить место в моей постели.

— А она?

— Она была слишком юна и бесхитростна, чтобы участвовать в подобных интригах.

Плечи дарга поникли, будто на них легла неимоверная тяжесть.

Он замолчал, молчала и Тая, боясь нарушить хрупкую тишину. Ей казалось, что она вот-вот расплачется, но не от обиды, не от ревности к умершей, не от злостна Крейна.

А от того, что ей неимоверно жаль ту неизвестную девушку.

Какой же должна быть женщина, чтобы мужчина убивался по ней столько лет?

— И… что с ней случилось?

Крейн ответил не сразу.

Сначала, осторожно расцепил руки Таи. Потом повернулся к ней лицом, взял за подбородок и заглянул в глаза. Ему казалось неимоверно важным видеть ее глаза в этот момент. Видеть ее истинные мысли и чувства, когда она услышит его признание.

— Она умерла от моей руки.

Глаза Таи распахнулись еще шире. В них мелькнуло изумление, смешанное с недоверием.

— Не-е-те… — полушепотом протянула девушка. — Ты лжешь. Ты нарочно пугаешь меня…

— Не лгу. Она умерла в постели, рядом сумной. Приступ безумия накрыл меня ночью.