Корабль призраков

Нет, не к потолку, – к звуку гудка: как к перевернутому на кресте Богу, как к верхнему регистру странного и страшного органа…

– Qu'est-ce que c'est? Qu'est-ce que c'est? (Что такое? Что такое!) – требовательно повторяла Аника. Единственная из присутствующих, кто счастливо не понимал, что происходит.

Этот наивный, совсем не страшный французский, напоминающий о лебедях в фанерных домиках Женевского озера, о толстых бакалейщиках и кофе с круассанами, – этот французский вывел всех из оцепенения.

– Быстро! – закричал Макс. – Быстро наверх, в рубку!

И первым бросился из кают-компании. За ним побежали Антон, Филипп, хоккеист Витя Мещеряков, Вадик, Сокольников и Лаккай.

Альберт Бенедиктович снопом рухнул на стул и достал из кармана носовой платок: пот катился с него градом. Лысина адвоката пылала, а щеки покрылись мертвенной бледностью. В кают-компании стало тихо.

Муха приложился к бутылке коньяка и сделал несколько крупных глотков. А потом истерически захохотал:

– Наверное, радист вернулся! Так, глядишь, они к вечеру все соберутся.

– Да замолчи ты, щенок! – Губернатор был не в лучшем состоянии, чем Альберт Бенедиктович.

– Пока я молчу, другие говорят, и довольно впечатляюще! – Муха многозначительно вздернул вверх подбородок.

Распопов обрушил на нею поток беспомощной брани. Такой беспомощной, что ни слушать это, ни оставаться в кают-компании дольше было невыносимо. Я последовала за мужчинами.

Уже возле самого трапа меня нагнали Карпик и Клио. Но они не объединились даже во время опасности, они просто обошли меня с двух сторон, как обтекает неожиданную преграду поток воды. Клио оказалась бесстрашнее и проворнее, я сумела разглядеть только ее тонкие щиколотки, взлетевшие по трапу.

– Подожди меня, Ева! – Конечно же, Карпику с ее хромотой было тяжело развивать ту же скорость, что и Клио. Я ненадолго остановилась, и она сразу же вцепилась мне в рукав. “Защити меня, защити меня, защити меня”, – говорили ее умоляющие пальцы.

И тем не менее путь в рубку мы преодолели гораздо быстрее, чем в первый раз.

…Они полукругом стояли вокруг панели, на которой находилась кнопка, подающая на тифон звуковой сигнал.

– Ну, что? – задыхаясь, крикнула я с порога. Они молчали. Никто не говорил ни слова.

– Никого, да? – Я решила ответить за них за всех.

– Да, – мрачно подтвердил Антон. – Никого.

– Это ничего не значит. – Максу плевать было на мистику. – Пока мы добежали сюда, он уже мог уйти. Или они…

– Или она, – вдруг тихо сказала Клио.

– Кто – “она”? – спросил Антон. Не стоило, совсем не стоило задавать этот вопрос. Все и так знали – “кто”. Но Антон не хотел сдаваться. Он снова повторил его:

– Кто – “оно”?

– Та, которая передала нам сообщение. Точка, тире, точка, тире, уж я не знаю. Смерть. Так, кажется?..