Корабль призраков

Разговоры в буфетной кают-компании, только и всего. Вот это эхо, черт возьми! Интересно, по каким воздуховодам идут к нам приглушенный голос Аники и такое же приглушенное хихиканье Мухи?.."

"Покинутый командой корабль оказался чересчур велик для шестнадцати оставшихся; именно отсутствие людей и обеспечило беспрепятственное прохождение звуков: они не встречали на своем пути никакого сопротивления, им не приходилось обходить живую плоть и тратить на это силы. Эффект сродни эху в пустых помещениях.

Мы прошли мимо каюты Клио, двери которой были плотно закрыты. Карпик остановилась на секунду, раздумывая, и лицо ее потемнело.

– Может быть, стоит их разбудить? – мягко спросила я.

– Не стоит. Сами проснутся. – Карпик вложила в эту реплику все презрение, на которое только была способна.

– Ну, как знаешь. Идем?

– Да.

Но она не двинулась с места, напротив, подошла к двери и уткнулась в нее упрямым бычьим лбом. Сейчас она скажет “сука”, устало подумала я.

– Сука! – громко и отчетливо сказала Карлик, занесла было кулак над ни в чем не повинной дверью, но передумала. – Идем отсюда, Ева.

Через пять минут она уже открывала каюту Здановича своим волшебным универсальным ключом: вот кто является настоящей хозяйкой корабля – девочка, которая может отомкнуть любую дверь в любую тайну.

В каюте было так же темно, как и в коридоре: герметически задраенный иллюминатор не пропускал света снаружи корабля. Общими усилиями мы открыли металлическую заслонку и принялись осматривать помещение. Каюта была чуть больше, чем наше с Вадиком временное пристанище. Тот же унифицированный интерьер: заправленная койка, маленький шкафчик для одежды, стол и два стула, привинченные к полу, радиоточка корабельной связи, расписание вахт, вытертый коврик под ногами.

Единственное отличие – маленький сейф в углу каюты.

– Если он закрыт, придется воспользоваться автогеном, – неудачно пошутила я.

Сейф был открыт. И – пуст. Никакого намека на бумаги, на документы, на контракты, о которых говорил Макс. И ничего, что говорило бы о самом Здановиче. Не удовлетворившись осмотром сейфа. Карпик открыла шкаф. В шкафу тоже ничего не было. Он был потрясающе, восхитительно пуст. Даже вшивый носовой платок не валялся на самом дне ящика. Даже порванный шнурок от ботинка. Я видела Здановича вчера вечером, во время ужина, и он не производил впечатления фантома. Теперь же казалось, что в этой комнате никто и никогда не жил. Как только я поняла это, в ноздри вполз специфический запах нежилого помещения. Да и сама каюта казалась неразобранной декорацией какого-то спектакля.