Корабль призраков

В прошлом году депортировали из Германии, так что теперь Шенген в ближайшие три года мне не светит.

– За что же депортировали?

– За пьяную драку и дебош в одном портовом кабаке в Киле.

Бедная Карпик, ну ты и выбрала себе дружка! Драка в портовом кабаке, час от часу не легче…

– Это вы там заполучили? – Антон коснулся своей щеки, намекая на шрам Макса.

– Нет. Была другая пьяная драка. В Зебрюгге. Это Бельгия Вы были в Бельгии?

– В Бельгии? – Антон оживился. – Был, конечно. Два года назад, и даже в том же Зебрюгге. На конгрессе нейрохирургов. Бывают такие совпадения!

– Вот и я там был два года назад. Как только мы с вами не встретились? – осклабился Макс. – Пропустили бы по рюмашке.

Слушать Макса было невыносимо. Но мне нравилось смотреть на него. Крупная голова, прижатые к черепу уши и этот шрам… Такого нужно депортировать отовсюду. В шею гнать из хлипкой избушки цивилизации. Его стихия – медвежьи углы, открытые моря и маленький островок где-нибудь у развилки женских бедер… Он очаровал Карпика, это понятно. Но почему сама Карпик вертит им как хочет? Вопросов, как всегда, больше, чем ответов. И главный вопрос – в какой лодке сейчас сидит убийца?..

– Вы когда-нибудь охотились на тюленей, Макс? – Антон расчищал все подступы к приближающейся охоте.

– Было дело.

– И как?

– Тяжелая работа. Вымотаетесь так, что мало не покажется.

– Вымотаемся?

– Главное – не просто завалить зверя. С этим проблем обычно не бывает. Нужно его еще разделать и притаранить на судно.

– Это так сложно?

– На бойне были?"

"– Не приходилось.

– Тогда и объяснять не буду. Сами все увидите.

– Мне кажется, эти самые тюлени – слишком унизительная мишень для настоящих охотников, – вклинилась в сугубо мужской разговор я.

Антон посмотрел на меня с заинтересованным удивлением, а Макс – с легкой снисходительностью.

– Это почему же, дамочка?

Уничижительное Максово “дамочка” задело меня, странно он разговаривает со мной, как будто и не было вчера никакого знакомства, как будто и не было вина в плетеной бутыли… Но я решила не проявлять ненужных эмоций. Мне они еще пригодятся. А сам Макс для меня – пустое место…

– Слишком неповоротливы, – сдержанно ответила я.

– Это вы, я вам скажу, “В мире животных” насмотрелись. Или любили посещать какой-нибудь дельфинарий по воскресеньям. Тюлень в природе, несмотря на то, что тянет на триста-четыреста килограммов, довольно юркое существо. Что-то типа блохи. Я уж не говорю о ларге или бельке. Так что вы сначала в него попадите.

– А вы сами не будете стрелять? – осторожно спросил Антон.

– Переводить пули на животных – интереса мало. – Макс мотнул головой, и шрам на его щеке угрожающе задрожал.