Призраки Орсини

Кто ненавидит тебя так, что готов потратить столько усилий, чтобы пошатнуть твою власть? Лишить тебя почвы под ногами, заставить паниковать? У кого, бл*дь, кишка не дрогнула и хватило ресурсов провернуть такое?

– Марк Доминник, – неожиданно произношу вслух первое имя, которое приходит в голову. Я не верю, что этот гомик способен на подобную авантюру, но он тот, у которого есть власть и средства. И долбаный мотив. Он не хотел, чтобы Джейсон вернулся. Значит, все-таки, охота ведется на Джейса?

– Уже везут сюда, – отвечает Варго. – Мы начали его проверять еще несколько часов назад. Пока все чисто. По крайней мере, нет никаких подозрительных манипуляций или движения с его стороны. На счетах тоже спокойно. Он не выводил средства, а бесплатно работать никто не будет. Мы связались с Эмилией Ривьера. Она уже едет сюда. Что с ней делать?

– Пусть пока посидит с Марком, пока я не решу свои проблемы.

– Послушай, откуда такой шухер, Нонберто? Вы собирались вернуть Джейсона. Процесс должен был начаться со дня на день, и многие в правлении подозревали, что Доминник фиктивный покойник. Марк был в курсе. После первой атаки все адреса поменяли и установили новый уровень защиты, чтобы взломать его пришлось найти лучшего среди лучших. Зачем Марку заниматься подобным и для чего взламывать электронные каналы связи? – задает он вполне резонный вопрос.

Я сверлю его тяжелым взглядом, раздумывая над ответом. Я не могу сказать ему каков истинный масштаб положения вещей. Это не просто приятельская переписка. Кто-то получил доступ в наше с Доминником чистилище, которое мы заготовили для всех крупных игроков Изиды. Эта информация бесценна. Если взломщик работает на Изиду, то уже завтра ни меня, ни Джейсона не останется в живых. Я не пессимист и реально оцениваю свои шансы. А, значит, это было последнее гребаное утро в моей сраной жизни.

И, черт побери, я счастлив, что оно прошло именно так.

Кривая усмешка дергает мои губы, и я ловлю недоумевающий взгляд Варго, который все еще ждет ответа.

Мне нужно успеть спрятать Андреа. Если хотя бы один человек в этом гниющем мире любил меня, значит, я, все-таки, не был полным дерьмом. Мне чертовски жаль, что я подверг ее опасности. Я не беспокоюсь об Оливии. Истинное местонахождение моей дочери знаю только я. Сейчас у меня самая главная задача – спрятать Дреа, пока война не закончится. Когда бастионы рухнут, а крепости сгорят дотла, прах королей предадут земле, никому не будет дела до молоденькой девчонки Андреа Памер. Она будет свободна и счастлива. Когда-нибудь, непременно будет. Закрываю на мгновение глаза, чтобы скрыть раздирающую кишки боль. Я хотел бы посмотреть на нее тридцать лет спустя в окружении детей, и внуков… Я хотел бы быть тем, кому она подарит этих детей.

– Могу сказать одно, Ник.