Призраки Орсини

Он прикасался к ней так, словно имел право, словно они все еще хренова парочка влюбленных. Со мной впервые такое случилось.

Я хочу, чтобы вы меня правильно поняли, в моей жизни просто не было места ревности, и я даже не знал, что подобное чувство реально, считая его надуманным, как и многие другие человеческие страсти и страдания, без которых людям скучно жить. Я влюблялся не раз, и не помню в себе задатков собственника, что вполне объяснимо при моем образе жизни. Глупо требовать от людей того, чего сам дать не можешь. Но с Андреа с самого начала все пошло наперекосяк. Невозможно объяснить, что я чувствую, и почему впервые потерял контроль над ситуацией. Я могу сказать, что попытаюсь изменить ситуацию в корне, но не уверен, что получится. Мне не нравится происходящее. Стихийность мне не свойственна. Я терял голову, но не настолько. Бурные сцены ревности и разборки с соперниками никогда не присутствовали в моей жизни, я наблюдал за подобными страстями и даже становился их участником, когда играл на чувствах Лайтвуда. Мне же это было незнакомо. Мой опыт строился на череде потерь, которые меня ничему не научили. Я должен был стать неуязвимым для любви, однако, в реальности вышло иначе. Меня ошарашили гнев и желание уничтожить придурка Джека, я поддался эмоциям, на которые не имею права. Здравый смысл кричит, что я должен оставить ее, дать шанс на счастливое будущее, которое не может быть связано со мной. С кем угодно, но не со мной. Все, к чему я прикасаюсь, погибает. Я хочу для Андреа совсем другого, но эгоистическое желание обладать ею сильнее.

Андреа Памер наполняет мою жизнь красками, которых я раньше не замечал, и я не могу, не хочу сопротивляться своим чувствам. Даже если завтра нас ждет крах и хаос. Я не способен отказаться от нее. Любовь – эгоистичная сука, скажу я вам, и требует всегда больше, чем способна отдать.

Я захожу в офис Боско, когда мне поступает звонок из клиники, где лежит Антонио Ривьера. Его сердце остановилось несколько часов назад, и он унес в могилу то, что хотел мне сказать, но не успел. Известие не стало неожиданностью, четкая программа последующих действий начнется прямо сейчас.

В кабинете меня ждет сюрприз, в образе

Эмилии Ривьеры. В траурном черном платье, бледная и неестественно-печальная, она ждет меня, скромно устроившись на кожаном диване. Ее красота больше не производит на меня мощного эротического влияния. Она просто красивая дорогая шлюха, не более того. Но, конечно, Эмилия имеет право жить так, как ей хочется.

– Что ты здесь делаешь? Ты разве не должна заниматься похоронами и делать вид, что оплакиваешь старика? – резко спрашиваю я, вместо приветствия. Эмилия грациозно встает на ноги, вскидывая белокурую голову.