Призраки Марта

Приболела?

Ларс крякнул, заставив Марта удивленно приподнять брови. Впервые в вечно прищуренных хитрых глазах хозяина постоялого двора маг прочел нечто очень близкое к превосходству.

– Приболела, – сообщил он. – Любовью. Вчера свадебку сыграли. Проспал ты все, господин маг, проспал, – и уже привычно прищурился в ожидании реакции.

Реакции не последовало.

Теперь стало ясно, чего ждала и страшилась Мила в их последнюю ночь. И если не обмолвилась ни словом, то приняла правила игры и свадьбу, явно сговоренную отцом.

– Передай ей мои поздравления, – спокойно сказал Март.

И под удивленным взглядом Ларса направился к лестнице.

Дверь комнаты хлопнула за спиной, отрезав от мага звуки, доносящиеся с первого этажа.

За окном уже совсем стемнело.

Март подошел к нему, рывком отбросил штору и несколько минут просто стоял, опершись ладонями на подоконник, и смотрел в темноту.

Нет, он не ревновал Милу, не страдал из-за разбитого сердца. Но в то же время Мила давно стала ему не чужой. А когда из твоей жизни исчезает кто-то, кто долго был рядом, это всегда больно.

Март выдохнул и снова зашторил окно. Ему предстояло еще перебрать бумаги, взятые из архива.

А у Милы все будет хорошо. Ларс – хитрый старый жук, он не отдал бы единственную дочь в плохие руки.

Глава 7

Ночной разбор бумаг не принес ничего особенного.

Единственное, что Март выяснил, это то, что все «подселенцы» почему-то объявлялись в местах общественного питания: трактиры, таверны, постоялые дворы. Причем все они некоторое время наводили страх на живых обитателей, тихонько подпитываясь и никого не трогая, но резко шли в атаку и вселялись в первого, кто попадался под руку, когда на пороге заведения оказывался черный маг.

Принимала ли нежить самостоятельные решения или подчинялась приказу призвавшего? Боялась ли черных магов, вызванных для ее уничтожения, или изначально была направлена для нападения на работников гильдии и не просто подпитывалась, набирая мощь, а ждала визита именно темных?"

"Мартин допускал оба варианта. Но не взялся бы с уверенностью судить о разумности «подселенца», с которым столкнулся сам. «Оно» говорило с ним и угрожало расправой. С другой стороны, когда-то бывшая человеком нежить могла сохранить в памяти простейший набор фраз, а далее действовать на одном-единственном инстинкте – убивать.

Коллеги Марта жаловались на то, что «подселенцев» стало непривычно много и они отличались от тех, что попадались ранее, силой и выносливостью. Но в то же время еще не было ни одной неуничтоженной нежити – черные маги справлялись со своей работой. Иногда с усилием, всегда – с жертвами и устранением тех, чье тело решила позаимствовать сущность, уже не принадлежащая этому миру. Но справлялись.