Призраки Марта

Март начинал догадываться, почему подобную магию запретили: каждый ритуал, каждое действие требовали крови с частицами черного дара. Где-то был нужен уровень один, где-то восемь, как в последней прочитанной им главе, но без крови не обходилось ничего.

Подобные знания действительно являлись опасными, особенно учитывая, что ничего не мешало «умельцу» использовать чужую кровь. Мартин даже вспомнил одну из детских историй-страшилок, где старый маг-лорд сошел с ума и обескровил половину населения ближайшей деревни, собрав их кровь в огромные бочки в своем подвале. А так ли сказочна та история? И так ли безумен был старик-маг?.. Марта передернуло.

Закончив, он полил спиртным изрезанную руку и замотал бинтом, оставшимся на прикроватной тумбе. Порезы оказались неглубокими и должны были полностью зажить уже к утру, не оставив шрамов.

Только после этого он вздохнул с облегчением. Убедился, что Брэниган дышит ровно, а его лицо постепенно приобретает нормальный оттенок. И, вздохнув, направился на кухню.

За столом сидел один Густав. Мирта мыла посуду.

– А где?.. – спросил Март с порога.

И чуть ли не впервые получил от кухарки осуждающий взгляд.

– Так два часа назад звали. Девушка все на дверь поглядывала…

– Да уж, – пробормотал маг, взъерошив пальцами волосы."

"То, что во время ужина он спасал Брэнигана, было весомым аргументом и оправданием нарушения правил гостеприимства. Только Корнелия-то об этом не узнает.

– Пьетро повел ее прогуляться по саду, – сжалилась Мирта, наблюдая за выражением его лица. – А вы поешьте. Всю ночь опять на ногах будете.

Верно, когда Мартин в последний раз ночевал дома? Ни разу с появления Виты в его гостиной.

– Успею, – отмахнулся маг.

Подхватил с блюда на столе пирожок и, жуя на ходу, направился к выходу.

– Молодежь, – вздохнула ему в спину кухарка.

Густав что-то ответил. Закрывшаяся дверь отрезала голоса.

Они обнаружились в конюшне.

Сначала Март услышал смех Корнелии (надо же, а Пьетро молодец), а затем голос самого мальчишки:

– …А потом он – хрясь! – и надвое его трость! Об колено!..

Не молодец…

Кровь уже остановилась, Мартин выбросил в урну бинт и вырулил из-за угла. У Пьетро, стоящего лицом к выходу, тут же стали пунцовыми уши.

– Ой, господин!

Корнелия стремительно обернулась, ее губы озарила улыбка.

– Петь, спасибо, – кивнул Март воспитаннику. – Можешь идти.

Завтра он еще непременно поговорит с ним по поводу чьего-то длинного языка. Но точно не сегодня, не при гостье.

Пьетро отчаянно закивал и бросился наутек.

Корнелия проводила его взглядом.

– Не ругай его, – правильно поняла выражение лица мага. – Он просто восхищен тобой и по-настоящему тебя любит.

Март вздохнул.

– Еще скажи: «боготворит».

– И это тоже, – не стала спорить девушка.