Призрак в кривом зеркале

– Я собираюсь вернуться домой.

– А с тем, что узнали? – с тревогой уточнила Эля.

Макар пожал плечами.

– Ничего. Надо отдать вам должное – вам удалось заставить меня поверить в невозможное. Будете встречаться с дочерью Любашиной, скажите, что из нее получился отменный призрак."

"Он улыбнулся, видя, какое облегчение отразилось на Элином лице, встал и подхватил сумку. Корзун и Эля вышли за ним на крыльцо, и Макар обернулся, прежде чем уйти.

Они стояли рядом. Валентин спокойно смотрел на Илюшина, положив широкую ладонь девушке на плечо. Макар кивнул на прощание и пошел по дорожке между клумбами нарциссов и тюльпанов.

– А невозможного не бывает, – негромко сказал иллюзионист ему вслед, будто заканчивая разговор о призраках.

Но Илюшин понял его иначе. Он представил, как изменилась жизнь этого умного, расчетливого, одинокого человека после появления в ней Эли Шестаковой, подумал о том, что разница в двадцать с лишним лет не остановила ни его, ни ее, и догадался наконец, для кого немолодой Корзун выращивает свои цветы.

На вокзале он постоял перед расписанием поездов, убедился, что успевает на последний, и даже выяснил в кассе, что может купить билет любого класса. Выглянул в грязное окно, осмотрел привокзальную площадь, на которой возле своих машин покуривали частники, ожидавшие пассажиров, и вышел наружу, на ходу доставая из сумки сотовый.

– Серега, у меня небольшие изменения в планах, – сказал он, когда Бабкин взял трубку. – Я приеду позже.

– Надолго задержишься? – осведомился Бабкин.

Макар немного подумал.

– Лет на десять. Плюс-минус два года.

Он усмехнулся, выключил телефон и пошел от станции обратно – в сторону зеленого холма."