Призрак Канта

 — И ты, Вить, как будто объяснить толково не можешь!.. Ничего она не пропала, она и не находилась.

— Ну, ты-то всё понятно объясняешь! Куда мне!

— Так я и объясняю, — продолжала Нинель с напором. — У Вити в молодости жена была, и дочка родилась. Жена пожила в наших краях недолгое время, надоело ей тут всё, она подхватила ребёнка, да и укатила. И с тех пор Витя ни её не видел, ни дочку. Это ещё при советской власти было, давно.

— Деньги я посылал, — подхватил Виктор Захарович. — Такой у нас уговор был. Чтобы на ребёнка деньги бесперебойно поступали. Я и переводил.

— А что, по тому адресу, куда вы деньги переводили, никто не живёт? — спросил заинтересованный Меркурьев.

Нинель махнула рукой:

— Да и адреса никакого нету, Вася!.. Посылал он деньги до востребования, на главпочтамт или как это называется?… А в прошлом году извещение получили, скончалась, мол, ваша супруга, уважаемый Виктор Захарович.

— Извещение? Кто его прислал?

— Да нотариус какой-то, фамилия указана, адрес конторы.

— И нотариус тоже не знает, где ваша дочь?

— Нет, — вздохнул Виктор Захарович. — Жена моя почему-то приказала меня известить в случае кончины, ну, он известил. А про дочь ничего не знает.

Василий Васильевич уперся спиной в стену и скрестил ноги.

— И вы никогда не пытались её разыскать? Раньше?

— Ну как не пытались, — вступила Нинель Фёдоровна. — Конечно, пытались, Васенька! Особенно, когда девяностые начались и жить совсем трудно стало! Витя-то в море ходил, получал неплохо, всякие вещички привозил, когда технику бытовую, когда телевизор или магнитофон. Сколько он писал туда, на почтамт! И ни ответа ни привета. А ездил сколько раз!

— В Москву, — подтвердил Виктор Захарович. — Сам искал и жену просил, в письмах, конечно. И всё без толку. Деньги получала, и дело с концом. Ни словечка человеческого ни разу в ответ не прислала. Одно только — отстань, мне без тебя веселее!

— Да, — сказал Меркурьев. — Видно, разозлили вы её крепко, раз она за столько лет не отошла.

Виктор Захарович посмотрел на него.

— Так я и не понял, в чём тогда провинился, — сказал он с тоской. — Всю жизнь думаю, что не так сделал! И не додумался ни до чего. Вот теперь бумагу извожу, во все инстанции пишу, на телевидение хотел обращаться!.. Даже не знаю, жива ли дочка моя, нет ли.

— Да что ты говоришь, Витя, — перебила Нинель Фёдоровна. — Молодая она совсем, конечно, жива! Найдём, найдём ее, дай время.

— Мало у нас времени, — сказал Виктор Захарович и встал. — А ты сам, Вася? Женатый?

Меркурьев сказал, что холостой, и спросил, сколько лет дочке.

— Так тридцать, всего ничего! — ответила за Виктора Захаровича Нинель. — Я же и говорю, найдём. Найдём!..