Призрачный зов

Из мрачных мыслей меня вырвал кашель Глеба. Друг стал приходить в себя, и я обратил все внимание на него. А когда вновь взглянул на то место, где на протяжении не одного десятилетия появлялась душа мертвеца, там стоял только тополь. Он больше не был тополем Висельника.

Глава 24

Деревня с характером

Пока мы возвращались от кладбища к домам, я все думал о произошедшем. Мы с Рыжим вели Глеба, закинув его руки себе на плечи. Друг не разговаривал, не мог. Веревка так сильно пережала ему гортань, что любые попытки заговорить причиняли боль. На шее осталась большая гематома.

Обсудить случившееся, конечно, следовало, но сейчас не было ни желания, ни возможности, учитывая травму Глеба. Я злился на друга. Злился на Семена. Злился на все, что происходило вокруг.

Когда вернулся домой, вырубился настолько быстро, что едва успел коснуться головой подушки. Снов не видел, но часто просыпался ночью в холодном поту. Под утро перестал пытаться уснуть в очередной раз, встал, хотел позавтракать и пойти проведать Глеба, но погода так ухудшилась за ночь, что, казалось, надвигался конец света.

– Странно, вчера жара стояла, – пробормотал себе под нос.

Но бабушка услышала и ответила:

– Дождь – это хорошо, хоть землю смочит. Только ветер уж очень сильный, боюсь, как бы растения не попортил.

– Наверное, нужно прикрыть все пленкой?

– Нет, Славушка, опасно. Из-за ветра и шифер может в голову прилететь. Будь уж как будет, а мы лучше дома непогоду переждем.

– Но я к Глебу хотел сходить.

– Пережди немного, – заворчала недовольно она. – Вечно тебя куда-то несет. У меня сейчас мясо с картошкой подоспеет, поедим.

Я кивнул и уселся обратно в кресло. Уставился в окно на сад и улицу. Ливень хлестал так сильно, срывал листья с кустов и деревьев, прибивал траву. Ветер гнал мусор и разные предметы. Я заметил, как мимо пролетела чья-то футболка, видимо, до дождя оставленная на веревке сушиться.

Во время жары хотелось немного дождя, но меня удивило, как быстро переменилась погода. Я любил и ливень, и пасмурное небо, но после июня, когда произошла трагедия с Катюхой, стал опасаться дождя. Он теперь ассоциировался у меня с проблемами и печалью.

Наступил вечер, а за окном все так же бушевала непогода, и я оставил надежду навестить Глеба. Ветер качал деревья, обламывал ветки. Если выйти на улицу, действительно можно было получить шифером по голове, и не только. Спать мы с бабушкой отправились часов в девять, потому что из-за бури отключили свет. Бабушка предположила, что оборвалась линия электропередачи и придется сидеть без света весь следующий день, но меня больше заботило то, что ураган может сорвать крышу с дома. Без света еще куда ни шло, а вот без крыши над головой было бы туго.

Засыпал я под дикие завывания снаружи.