Музыкальный приворот

Познакомился Валерий с Ниночкой одним теплым летом, в августе, перед поступлением в университет, в каком-то известном клубе, куда подружка заявилась вместе с сестрой. Внешность паренька была не шибко привлекательна, и когда он, краснея и потея в жарком помещении, где стены сотрясались от грохота музыки, пригласил блондинку на танец, она, естественно, отказала Валерию в его просьбе и тут же, расхохотавшись, обозвала Бабой-ягой в мужском эквиваленте. Этому прозвищу немало способствовали такие внешние данные, как: длинный, слегка крючковатый нос, кроличьи кривые зубы, близко посаженные белесые глазки, неимоверная худоба и светло-рыжие растрепанные волосы, на которых словно бы кошки дрались — такими странными клочьями торчала его шевелюра. К тому же парень от застенчивости слегка шепелявил и проглатывал окончания, и после его попытки пригласить мою подругу на танец она смеялась так долго, что, по ее словам, у нее даже скулы сводить начало.

Нинка до сих пор неизменно величает кавалера-неудачника только Бабой-ягой, и никак иначе, хотя за три года внешность Валерия претерпела воистину волшебные метаморфозы! Поняв, что Ниночке нравятся красивые и накачанные молодые люди, этот сумасшедший, не долго думая, решился сделать ряд пластических операций в лучших клиниках Европы, а также долгое время упорно занимался в тренажерном зале под руководством опытных тренеров. Валерий стал за собой следить так, как этого не делают иные девушки, и в итоге из него получился довольно симпатичный молодой мужчина с весьма накачанным торсом и широкими плечами. Даже ноги-палки стали выглядеть нормально. Говорить и вести себя он стал уверенно и вообще едва ли не полностью изменил свой характер. Я всегда изумлялась — вот же сила воли у человека! Мне бы такую.

Однако интересная внешность все равно Журавлика не привлекла, и она относилась к Валерию с долей отвращения."

"Проявив упорство в достижении поставленной цели (завоевать неприступную красавицу, разумеется), Баба-яга пытался привлечь внимание любимой всеми мыслимыми и немыслимыми способами, изрядно раздражая Ниночку. Отказы и грубые слова на него не действовали — ко всему этому парень имел удивительный иммунитет и не обращал внимания. К просьбам не прислушивался. Доводов не понимал.

Зато он мог совершать феноменальные и одновременно глупые поступки. Однажды нанял целый цыганский табор, чтобы тот несколько часов подряд пел под Ниночкиными окнами о «большой любви Валерия». Хорошо, что Виктора Андреевича не было дома, а сама Нинка убежала из квартиры, оставив соседей наслаждаться песнями и плясками и проклинать Бабу-ягу, выглядывающего из-за ближайшего дерева.