Музыкальный приворот

Моя сестрица, которую я узнала даже под белоснежной тканью с прорезями для глаз, трясла кухонными ножами, а братец, почему-то выставив вперед картину с Чуней, металлическим голосом проорал:

— Мы уже вызвали милицию!

— Это что? Это кто? — зачарованно взирал синеволосый на бесплатное представление. Одновременно он оглядывался на дверь, словно бы желая удостовериться, что в любой момент сможет выбежать из квартиры. На его месте я бы вообще сразу смылась из такого домика.

— Ангелочки, — вдруг четко проговорила Нинка, открывая глаза, чтобы через секунду вновь их закрыть и забыться сладким сном.

На ангелов эти две нелепые фигуры в белых простынях, что застыли перед нами живописными статуями, ни капельки не походили. Чуня в нетвердых руках брата тихонько покачивался в разные стороны. Ножи в каком-то странном ритме клацали друг о друга.

— Мы дверью ошиблись, или ты с ними знакома? — с неподдельным интересом разглядывал сестру и брата Келла. — Может, нам пора отсюда смываться, пока менты не приехали?

— Это моя квартира… — тихо-тихо проговорила я, готовая провалиться сквозь землю.

— Может быть, они под кайфом? — выдвинул новое предположение парень.

Нелька протестующе взвыла. Эдгару тоже такое предположение пришлось не по душе, и он замахал Чуней.

— А мы не зря сюда зашли, — в тон другу произнес Кей, которому барабанщик передал эстафету по держанию почти что бездыханного Нинкиного тела, — здесь, наверное, точка распространения дури местная.

— Извините, — пришлось вновь извиняться мне, — это небольшое недоразумение. Мои брат и сестра.

— Да ничего, — махнул рукой Келла, — за такое не нужно извиняться.

— Мы, наоборот, очень тебе сочувствуем, — услышала я смех в негромком голосе Кея.

Во время нашего маленького диалога Эдгар и Нелли молчали, только затравленно на нас взирали.

— Овощи, — медленно произнесла я, обращаясь к родственникам и чувствуя, как во мне разгорается злоба — ну почему я опять попала в идиотское положение? — овощи, прекратите, пожалуйста, превращать эту квартиру в филиал главной городской психиатрической больницы.

— Ка… ка… катя? — услышала я из-под ткани голос Нелли.

— Ка-ка-катя, — передразнила я ее, продолжая щуриться от яркого света, — а что вы тут собственно устроили? Какое еще ворье? Вы в своем уме?

— Там кто-то скребся в замочной скважине… мы и подумали, что это жулики, — очень неуверенно произнес брат, продолжая прикрываться картиной.

— Жулики? — метнула я в него гневный взгляд. — Ты что, Карлсона пересмотрел и решил в привидения поиграть?

— Почему Карлсона? — жалобно спросила Нелька, не забывая своими хитрыми глазками осматривать моих гостей."

"Всевышний сжалился надо мной, и сонная Нелли не узнавала музыкантов.